Что это значит? Говорит он правду или в нем говорят личные обиды? Мне не хотелось верить, что человек, который так сильно мне помог, способен на подобные маневры. Да и этого Ордигора я знаю всего ничего, поэтому стоит вести себя немного осторожнее. Не доверяю я ему.
— Спасибо за доверие! — посмотрел я ему в глаза.
— Да ладно тебе, не так это уж и секретно. Я не первый в таком положений, и не последний, — вздохнул он, — И давай уже на ты, когда никого нет рядом. А то меня очень напрягают все эти условности и прочее.
— Хорошо, Ордигор, давай на ты, — улыбнулся я.
— Так, разговоры на этом закончим. Пора продолжать! — и я приготовился снова постигать азы магии.
Огромный зал, где стоял трон сегодня не был пуст по случаю приема делегации. Обычно в таких ситуациях народу было так много, что порою не протолкнуться, но сегодня исключение: всему причина в том, кого встречают — варвары из пределов северных границ.
За последнюю сотню лет у империй не было никаких контактов с кочевниками, кроме их мелких набегов, которые мы с успехом отражали. Поэтому было очень неожиданным, когда пару месяцев назад прибыл посланник одного из вождей какого–то там племени с письмом–просьбой аудиенций у императора. И оно было принято. Сколько не из–за желания наладить дипломатические отношения, а больше от любопытства.
Кочевники — хоть мы и называли их варварами, отсталыми и так далее, но до сих пор мы так и не смогли завоевать их земель. Все потому, что они не строят стен и городов. Их дома состоящие из деревянных прутьев, обмотанные в ткани, кожу и меха размещались на огромных платформах телегах и тем самым передвигались от места к месту, что затрудняло их обнаружение.
Но даже если чудом их обнаружить, к ним трудно было подступиться. Однажды, прадед моего деда решил расширить имеющиеся северные границы и бросил для этого клич. Собрал под свои знамена пару легионов и выдвинулся на земли северян. «Великий поход» — так они его ознаменовали, но как все в итоге обернулось. Первые дни продвижения были спокойными, за исключением мелких стычек разведывательных отрядов. Но потом начался настоящий ад — не знаю, как это назвать, но точно не битва, больше подойдет избиение. Целых десять дней их конные лучники небольшими группами появлялись со всех сторон, обстреливали дождем стрел и также молниеносно скрывались. Благодаря наличию шаманов, которые обеспечивали магическое прикрытие, наши маги также не могли причинить им существенного вреда. За это время потери составили пятая часть армии, еще больше ранеными. У врагов едва набралось сотня человек. В последующие дни низкая мораль, бессилие, безнадега, дизентерия довершали то, что они начали. Под конец появились их основные силы и окончательно поставили точку. Начавшийся великий поход на север обернулся сокрушительным крахом и общим позором.
Сам император попал в плен, и пришлось заплатить огромный выкуп. Если в плане людского ресурса империя сильно не пострадала, все–таки хоть и два легиона для империи существенно, но не катастрофично, то вот в плане репутации и морали ударило сильно. Особенно по позициям императорской власти. Наверное, это был ключевой момент начала конца, пока трон не занял мой дед и все не исправил. Или нет. Сейчас уже точно не разберешь, потому что об этих временах не сильно распространяются, поэтому некоторые факты умышленно умалчиваются и уже точно не разобрать, как там было.
Главное, что известно с тех пор воцарился статус–кво. Мы больше не лезем к ним, наученные горьким прошлым. Они не бросают свои армии на нас благодаря сети застав вдоль всей границы и целых четырех рассредоточенных легионов. Мобильных, специально состоящих из конских подразделений, из–за чего занимали огромную статью расходов в финансовых отчетах.
— Какая же неудобная одежда, — посетовал я Вэлиасу, поправляя штаны, который сейчас стоял чуть поодаль, с правой стороны трона.
— Терпи, не ерзай, — прошептал он так, чтобы мог услышать только я.
— Попробуй сам их поносить. Они залезают туда, куда нельзя залезать, и сжали все, что нельзя зажимать. Надо будет внести изменения в гардероб по случаю подобных мероприятий. Еще и этот трон, из–за которого я отсидел себе одно место. Почему быть императором должно быть так мучительно? — не переставал я сетовать.
— Перестань ворчать. Ты сейчас напоминаешь Волкера, — кричал он шепотом, — кстати, где он?
— У меня слишком много важных дел, чтобы заниматься подобной ерундой, — передал я дословно.
— Узнаю нашего товарища, — хмыкнул Вэлиас. Он произнес что–то еще, но все мое внимание захватили вошедшие гости и я его не услышал.
