— Ты уж прости, — виновато улыбнулся он, а лицо залилось краской, — я не должен был так себя вести. Ты это…никому же не скажешь?
— Нет, конечно, нет, — поспешил я его заверить в этом.
— Спасибо!
— Пожалуйста!
— Нет, ты не понял — что–то я совсем раскис, а ты помог, — вот бы еще узнать, чем?
— Эмм…ну…пожалуйста! — как же я все–таки хорош.
Мы немного постояли еще. Он приводил себя в порядок: и морально, и физически. Я же смотрел на поток и думал, что мы не разгребем его и за месяц.
— Это дерьмо, — наконец, принял я решение, — так мы проработаем вечность. Кажется, там в самом внизу затор. Палкой отсюда не достать, поэтому нужно спуститься прямо туда.
Я посмотрел на него, он посмотрел на меня.
— Прямо туда? — указал он пальцем.
— А есть другое решение? — не отводил я взгляда, — если не разгребем, то…
— То яма, — покивал он.
Постояли еще немного, каждый собираясь с мыслями. Словно стоишь у края озера, не в силах решиться прыгнуть. Вода то ледяная. Только сейчас все гораздо хуже. И я не про температуру.
— Ну, что, пошли?
— Пошли…
И снова стоим. Смотрим.
— Может завтра?
— Да, давай завтра, — незамедлительно согласился с ним.
Вход в лагерь нам был по–прежнему под запретом. Но хотя бы уже еду давали, поэтому отужинав, мы заночевали прямо здесь на голой земле. Утром мне пришла идея: сходить к верхней части течения реки умыться. Вообще свободно тут передвигаться очень сложно, но на таких как я, провинившихся, тут всем плевать. Главное находись за пределами частокола. Смыв пот, пыль, более–менее выветрив запах, ощутил себя гораздо лучше. Маленькие радости жизни — в последнее время начал ценить такие моменты.
— Ты где был? — ждал меня вопрос по возвращении. Хотел ответить классическим *бегал*, но потом вспомнил, что не тот мир и воздержался.
— К реке. Умылся.
— А меня что не позвал? — с любопытством. Без обиды.
— Извини, что–то не подумал.
— А хотя ладно, — махнул он рукой, — все равно сегодня нам туда лезть. Потом и помоюсь заодно.
В голове сразу появились мысли как бы это все отложить на потом. И тут же быстро избавился от этого, потому как откладывать больше уже нельзя. Завтра за нами придут, и если ничего не будет сделано, наказание, скорее всего, продлят.
Снова стоим. Смотрим.
— А может…
— Нет, — твердо ответил я.
Я начал раздеваться. На удивленный взгляд:
— Отстирать одежду и избавиться от запаха будет трудно. А так помыться и немного подождать, пока выветриться. Всяко меньше работы будет после.
Пожав плечами, он последовал моему примеру. Два голых мужика со швабрами в руках, стоят перед тоннами экскрементов — завораживающая картина. Под тяжелый вздох перед неизбежностью, взяли швабры в руки, и медленно начали погружение. Лодыжки, по колено, по пояс, Кверта вырвало — ничего, хуже уже не будет, — по грудь и только сейчас дно выровнялось. Слышал где–то, что все исходит от мыслей и нужно только представить себе что–то другое. Представил, будто иду просто в воде, тяжелой, мутной воде. Не получилось. Но попытка была хорошей. Подойдя ближе к месту, где сужение, и затем утекают в реку, обнаружил на ощупь, что внизу скопилось много мусора и не дает потоку идти свободно.
— Там внизу затор. Надо растолкать его. Давай, — схватился крепче за древко и начал толкать. Но сил даже нас двоих вместе взятых не хватало. Пыхтя, кряхтя, мучились так пару минут, пока я не психанул и не подтолкнул магией. Надеюсь, об этом никто не узнает. Вся масса, что скопилась, в один миг нашла себе выход, и хлынула туда, унося с собой все. Я потерял равновесие, ноги взлетели вверх, а голова ушла вниз. Меня крутило, вертело и течением несло со страшной силой. Периодически выныривая, хватал воздух ртом, параллельно глотая кусочки всего, что попадало в рот. От омерзительного вкуса, приправленного вонью, меня вырвало, и, опять же, часть затолкало обратно. Спустя время этого водоворота в дерьме я, наконец, ногами нащупал дно и принял вертикальное положение. Тяжело дыша, обнаружил, что стою посреди реки, а вокруг смешанная коричнево–бирюзовая жижа. В пару метрах от меня стоял на четвереньках Кверт и отплевывался. Значит все обошлось. Пройдя к берегу, рухнул навзничь, раскинув руки. Что я только что пережил? Неужели чуть не утонул в потоке говна. От осознания и пережитого шока вырвался нервный смешок.
— Ты там как?
— Надо…надо найти швабры, — едва дыша, отозвался Кверт, — иначе за утерю имущества империй нас четвертуют.
Благо хотя бы этого нам удалось избежать, потому, как палки вскоре были обнаружены прибитые к берегу. Взяв их, направились на обратную сторону вверх по реке. Как следует отмылись, потратив на это целый час. Под полное безмолвие. Говорить об этом и тем более обсуждать не хотелось. Единственно, что хотелось это забыть скорее случившееся.
Наступление следующего дня принесло благую весть об окончании нашей ссылки. Уставший, измотанный, потому как спать на голой земле и недоедание оставляют свои следы, я прибыл в расположение своего отряда, где был встречен ухмылками и насмешками. У Кверта думаю тоже самое.
