Мировая история никогда и ничему не учит. Сколько раз люди наступают на одни и те же грабли, думая, что они умнее своих предшественников. Сколько велось войн, сколько революций свершилось, пролились реки крови, погибли тысячи людей. Начиная с древних времен, главным девизом человечества было желание отобрать и поделить. Амбициозная молодежь бралась за оружие, внемля призывам тех, кто знал многое, но ничего не осознал, бросалась на амбразуры и гибла. Те, кому удавалось выжить, строили на пепелище новую, по их мнению, историю, и цикл повторялся снова. Лишь немногие осознавали торжество мирного разума и созидательного творчества, но они погибали первыми, защищая грудью рушащийся мир.
Бесконечная череда войн завершилась самой глобальной катастрофой на земле, уничтожившей все живое. Среди всеобщего хаоса Григорий Николаевич верил в то, что он сумеет построить новое общество, стремящееся к миру. Он и Марина долгие годы были заняты обучением и развитием родившейся в бункере молодежи, желая, чтобы дети поняли ужас войны. Два идеалиста на тонущем корабле. Они цеплялись за жизнь зубами, Алексеева была готова отправиться на самое сложное задание, в самую тяжелую экспедицию, чтобы достать бесценные книги. Когда в институтском корпусе обосновались «философы», женщина в одиночку, чтобы не рисковать даже одной человеческой жизнью, лезла за книгами в самое логово тварей – и возвращалась живой, принося крупицы мирового разума в последнее убежище. Григорий Николаевич и его верная помощница свято верили в свое дело. И оба ошиблись. Человеческая природа взяла свое. Выросшие в атмосфере любви и творчества дети рано или поздно взбунтовались, желая познать то, чего никогда не существовало в бункере. Осознанно или нет, бурлящая кровь влекла их к разврату и грязи. Хохол рассчитал все лучше некуда. Он знал, с какого конца взяться за доживающий последние годы бункер. И тем больнее было осознавать, что Марина, так и не узнавшая ни любви, ни покоя, с самых юных лет занимавшаяся только благополучием новой цивилизации, просчиталась. Самые лучшие, самые правильные и добрые дети вдруг озлобились, поняв, что заботливые наставники не дают им запачкаться самим, старательно отводят беду и мрак.
Молодежь бункера жила в обществе с особым строем, который много веков назад канул в небытие. После ядерной войны, когда в мире стало слишком много смертей, дети стали общественным достоянием. Как в древней Спарте, они воспитывались не родителями, а наставниками, непрерывно в обществе, всегда на виду, не имея ни уединения, ни свободы. Как трудно было Алексеевой, когда у нового поколения разом начался переходный возраст! Пять лет назад в него вступили почти все дети, были скандалы, тогда швыряли миски об стены, вырывали волосы и рыдали в голос, но верные учителя, Совет бункера, справился. Тогда их было больше. За пять лет многие ушли, и только самые живучие и стойкие остались любящими руководителями, всегда готовыми прийти на помощь.
Иметь двоих родителей считалось высшим счастьем, и это стало такой редкостью… Только последняя пара была жива – Василий и Люба. Их восемь детей подрастали в полной семье. У Ксении от Миши осталось двое сыновей. Двое детей, без матери, осталось у Андрея. Сын Вани погиб пару лет назад, во время своей первой вылазки – а он так хотел быть разведчиком. У самой Марины детей не было. Она не могла себе позволить пусть даже вынужденный отход от дел. Не было детей и у Петра.
Теперь же разгоряченная рассказами Жени молодежь сумела отобрать у старших власть. На их стороне был эффект неожиданности. Разве кто-то мог помыслить, что в их благополучном бункере, где все сыты и одеты, где процветает культура и наука, могло такое случиться? И они поплатились. Все разом. И она, Марина Александровна Алексеева, заместитель руководителя бункера, в первую очередь. Ее сочли сумасшедшей, ей не поверили, а она знала, предвидела, что будет так… И она осознавала, что подземному убежищу грозила страшная опасность, о которой догадаться не мог никто…
Дверь открылась, и в кабинет вошел Евгений.
– Ну, что, Мариночка, кто же оказался прав? – с порога спросил он.
– Ты хоть понимаешь, что натворил? – тихо поинтересовалась женщина, глядя ему в глаза.
– Мариночка, все закономерно. Я хочу наладить контакты с метро, теперь и бункер этого хочет. И теперь тебе выгоднее со мной сотрудничать, иначе ты отправишься вслед за всеми остальными, а их, если они не захотят занять мою позицию, придется убрать, – спокойно и буднично ответил Хохол.
