— Это маггловская традиция, — не задумываясь объяснила Гермиона, уверенная, что среди волшебников о таком не знают. — Она означает...
Что я хочу быть с тобой весь год...
Что ты важен для меня...
Что хочу тебя удержать...
— Она ничего не значит, — соврала она после секундного размышления. — Просто... иногда магглы делают так в канун Нового года.
Она видела, что его устроило объяснение, несмотря на то, что он неодобрительно закатил глаза и пожал плечами.
— Магглы такие странные, — заметил он, жестом подзывая ее вернуться на прежнее место. — Иди сюда, Грейнджер. Мне очень интересно узнать, что же случилось с несчастными влюбленными.
Гермиона едва не вздрогнула.
— Ты и так знаешь — они умерли.
Скользя пальцами по огромной стопке книг из Запретной секции библиотеки, она рассматривала надписи на корешках, которые не имели ни малейших признаков того, что в одной из рукописей может содержаться хоть какая-то информация о крестражах. Наконец, она выбрала наиболее древний с вида фолиант, который решила забрать в дортуар для изучения. Сегодня утром она проснулась в одиночестве и решила, что в запасе имеется несколько часов, чтобы продолжить исследование, прежде чем Драко выйдет из своей комнаты.
Первый день Нового года был гарантией тишины и безлюдности коридоров Хогвартса; день медленно перешел в вечер, а значит, все студенты скорее всего уже вернулись в свои комнаты, поэтому Гермиона была слегка удивлена, когда увидела метнувшуюся в свою сторону фигуру.
— Мисс Грейнджер, вот вы где, — МакГонагалл выдохнула с явным облегчением. — Мне нужно с вами поговорить.
Внутренности сковал ужас, когда она увидела полное волнения поведение Минервы.
— Что-то случилось?
— Боюсь, что так, — скорбно призналась она. — Давайте пройдем в мой кабинет.
Гермиона даже не успела возразить, как МакГонагалл развернулась и направилась к выходу.
— В чем дело, профессор? — нервно спросила Грейнджер, но ответом ей послужила тишина.
— Профессор...
— Лучше я вам покажу, — бросила Минерва через плечо.
К тому времени, как они достигли директорского кабинета, сердце Гермионы бешено билось о ребра; на ватных ногах она проследовала за МакГонагалл внутрь. В голове роилась тысяча вопросов.
— Садитесь.
— Лучше я постою, — отказалась Гермиона, с нетерпением глядя на нее. — Что происходит? Вы пугаете меня.
МакГонагалл бросила на Грейнджер извиняющийся взгляд, а затем взяла со своего стола газету и передала ее Гермионе. Та просмотрела первую страницу «Ежедневного пророка», отчаянно желая, чтобы разум успокоился и начал воспринимать черные, белые и серые пятна, чтобы увидел смысл в зловещих словах и размытых фотографиях. Гермиона слегка коснулась статьи; сознание едва уловило ее суть, но она почувствовала, как сердце сжимается от боли и ужаса.
Она посмотрела на МакГонагалл полными слез глазами и произнесла надломившимся голосом:
— Они... все мертвы?
— Да, — угрюмо подтвердила Минерва. — Мне жаль, Гермиона, но, по-моему, день настал.
[1] перевод Б.Л. Пастернака
====== Глава 20. Слезы ======
Саундтрек:
Nick Cave — O Children
Гермиона снова прочитала проклятую статью, смахнула жгучие слезы, что застилали взгляд. Она сфокусировалась на одной из фотографий, когда узнала на ней чету Финч-Флетчли, родителей Джастина, которых видела на вокзале Кингс-Кросс пару лет назад.
Она подняла голову и с мольбой посмотрела на МакГонагалл.
— А Джастин...
— Он жив, — быстро объяснила Минерва. — Он навещал бабушку с дедушкой, когда все случилось.
— Бедный Джастин, — печально прошептала она, сдерживая всхлип. — Наверное, он подавлен.
Ее затуманенный взгляд переместился к остальным трем фотографиям; на каждой была изображена семейная пара магглов с лучезарными улыбками на лицах — как напоминание о том, какими они были. За неделю между Рождеством и первым днем Нового Года было убито восемь человек, на всех — следы пыток, крики от которых были прекращены убивающим заклятием. Имена не были знакомы, но она хорошо знала их истории.
— Они все родители магглорожденных, ведь так? — грустно спросила она, уже зная ответ.
— Да, — кивнула Минерва; Гермиона не могла припомнить ни разу, чтобы МакГонагалл выглядела столь потрясенной. — На дом Криви тоже напали, но они, к счастью, были в отъезде.
Гермиона посмотрела на последние две фотографии: двое мальчишек не старше пятнадцати лет, оба учились в школе магии Брин Глас в Уэльсе. Она всматривалась в их юные лица; по щеке скатилась слеза, а грудь заполнило горе. Замучены и убиты, как и их родители.
— Такие юные, — прошептала она, — слишком юные.
— Знаю, — МакГонагалл вздохнула и успокаивающе погладила Грейнджер по спине. — Пожиратели смерти становятся все активнее...
— Тогда мы должны стать еще активнее, — решительно заявила Гермиона, — нужно составить план...
— Есть только один план, который бы я хотела обсудить с вами на данный момент, — перебила ее МакГонагалл, ощущая некоторую неловкость. — Тот план, о котором вы поведали мне по возвращению в Хогвартс.
