— Но зачем, если у нас есть еще одна? Знаешь, я чувствовала сопротивление твоей палочки, когда использовала ее вчера, — сказала она и заметила, что он слегка обеспокоен этим комментарием. — Если ты тоже будешь ею пользоваться, то потребуется долгое время, чтобы она привыкла ко мне. Больше смысла в том, чтобы я взяла палочку Беллатрисы, и ты это знаешь.
Драко зажмурился и сжал челюсти.
— Мне тебя не отговорить, я прав?
— Да.
— Иногда ты настоящая боль в моей заднице, Грейнджер, — раздраженно проворчал он.
Она слегка улыбнулась.
— Знаю.
Драко внезапно почувствовал себя изможденным, сел на кровать, склонился вперед и уперся локтями в колени. Он собирался перечислить еще несколько причин, по которым ей стоило принять его предложение, но почувствовал касание ее руки, нежно поглаживающей его запястье, — и все возражения успели исчезнуть до того, как он их озвучил.
— Я знаю, это едва ли удобно, — тихо сказала она, — но нет ничего удобного во время войны.
Губы Драко дернулись в улыбке.
— Полагаю... По крайней мере, позволь помочь, — неохотно произнес он. — Я видел, как она использует палочку, я знаю ее характер. Например, я мог бы дать тебе пару советов.
— Я была бы признательна, — быстро согласилась она и наклонилась вперед, чтобы поцеловать его в уголок рта. — Спасибо, Драко.
====== Глава 37. Недостатки ======
Саундтрек:
Florence and the Machine — Bedroom Hymns
The XX — Crystallised
Glen Hansard and Marketa Irglova — If you want me
Драко не был уверен, проснулся ли он с головной болью, или это была та самая головная боль, которая накрыла его незадолго до рассвета. В любом случае, голова раскалывалась словно от стука кулаками по глазницам, и он стиснул зубы от боли.
Хотя он не мог вспомнить ничего конкретного, знал, что большую часть ночи его мучили кошмары, — он чувствовал их беспощадность в холодном поте, стекающем по спине, — и инстинкт подсказывал, что, скорее всего, их сюжеты вращались вокруг Грейнджер, родителей и Волдеморта. Вероятно, именно поэтому он так крепко обнимал Гермиону за талию; ее взъерошенные волосы вздрагивали под его тяжелым дыханием.
Драко убрал руку и сел, массируя шею и переносицу в попытке ослабить головную боль. В изножье кровати лежал свернувшийся Живоглот, одним глазом, выглядывающим из-под лапы, он с любопытством разглядывал Драко.
— Свали, уродец, — прошептал Малфой, откинул одеяло и встал с кровати.
Томимый жаждой, Драко натянул одежду, взял палочку и вышел из спальни, намереваясь найти на кухне какое-нибудь питье и пузырек зелья Сна-без-сновидений. Он вздрогнул и едва успел подавить вздох удивления, когда наткнулся на кого-то в коридоре. Неловко провозившись с палочкой, он бросил Люмос и закатил глаза, когда свет выявил кривую улыбку неожиданного полуночника.
— Блядь, Тео, — прошипел Драко. — Ты решил меня до смерти напугать?
— Даже не пытался, — усмехнулся он. — Но определенно получилось забавно.
— Какого черта ты здесь делаешь?
— Полагаю, то же самое, что и ты — мне не спится, я хочу пить. Или ты шел в ванную?
— Нет, я иду на кухню, — сказал Малфой, направляясь к лестнице. — Пойдем.
— Почему не спится? Грейнджер храпит?
— Нет.
— Она много ерзает?
— Нет.
— Она...
— Это никак не связано с Грейнджер! — прорычал он настолько резко, насколько позволял приглушенный голос.
— Значит, дело в кошмарах, — сказал Тео понимающим тоном и пожал плечами на растерянный взгляд Драко. — Они есть у каждого из нас. У Блейза сны особенно ужасны — раньше он просыпался с криком, раздирающим легкие, а после блевал часами. Думаю, это неизбежно. Во время войны никто и никогда по-настоящему не спит.
Драко все еще размышлял, как можно было разумно ответить на замечание Тео, когда они подошли к двери кухни; если бы хоть один из них обратил внимание, то смог бы услышать приглушенные голоса за дверью. Сидящие за столом Рон и Гарри резко вскинули головы и замолчали, когда Драко толкнул дверь и прервал их разговор. Через секунду Рон вскочил на ноги, выпрямился и, гневно изогнув губы и сжав кулаки, уставился на Малфоя. Сделав несколько небрежных шагов в кухню, Драко склонил голову на бок и сверкнул Уизли снисходительной ухмылкой, для пущего эффекта окинул его сверху вниз взглядом.
Рон выглядел слегка дезориентированно и потрепанно, как будто кто-то поставил его вверх тормашками, и теперь он безуспешно пытался приспособиться к перевернутому миру, или же, как подумал Драко, его можно было сравнить с выброшенной на берег рыбой из магловской метафоры. Несмотря на улучшения в Уизли, которые произошли с момента их последней стычки на этом самом месте, он все еще казался раздраженным; даже на расстоянии Драко мог разглядеть налитые кровью глаза и обгрызенные ногти. Судя по раздраженному виду Поттера и раскрасневшемуся лицу Уизли, Драко пришел к выводу, что он и Тео прервали довольно напряженную дискуссию — правда, его это совсем не волновало.
— Супер! — прямо заметил Тео из-за спины Малфоя. — А вот и бестактный двойничок. Нет, погоди. Я способен придумать что-то получше...
