По закону небожителей в момент рождения ребёнка считывался вибрационный код, который потом в обязательном порядке заносился в информационную ячейку. Доступ к ячейке имелся не только у родителей, но и у Старейшин. И если вдруг, что случалось крайне редко, ребёнок заболевал, то, получив чип с врождённой вибрацией, достаточно было лишь вставить его в усилитель. Устроившись перед этим сверхсовременным изобретением, небожители в течение минуты могли отрегулировать искажения в организме, вызванные болезнью. Но до этого никогда не доходило. Даже самые маленькие дети умели управлять энергетическими потоками тела, снимать блоки и зажимы в мышцах, восстанавливать матрицу повреждённых органов.
Впрочем, для поддержания здоровья в четвёртом измерении существовало много традиционных приспособлений. Светомузыкальный душ и музыкальная пирамида имелись в каждом доме.
Леонардо знал, что его мать умерла при родах. Младенец пробыл в роддоме ещё два месяца и однажды ночью исчез. У главного врача были неприятности, но дело замяли. Умершая женщина значилась матерью-одиночкой, а дальние родственники от ребёнка отказались. Так неожиданно Лео попал в мир своего отца, который получил разрешение Совета на возвращение незаконнорождённого сына.
В школе Леонардо с лёгкостью усваивал премудрости параллельного мира. И только в одном земная природа брала своё: чувства его были столь яркими и искренними, в отличие от невозмутимых друзей-клонов, что ему не всегда удавалось скрыть их от окружающих. Он был слишком земным в этом рациональном холодном мире.
Может быть, поэтому сейчас ему так хорошо в Энрофе? Здесь не нужно было маскировать свои душевные переживания. Оставаясь внешне спокойным, он мог излучать в пространство ярость или любовь, гнев или обиду – здесь этого никто даже не заметит.
Лео любил Энроф. После школы, пройдя специализацию, он был направлен сюда в качестве ликвидатора. Работа ликвидатора была опасной. Совет Старейшин контролировал развитие человеческой цивилизации во всех её проявлениях.
3
Веронику он приметил ещё на перроне. Девушка была красива, но чем-то встревожена. Пространство вокруг неё вибрировало страхом. На запах страха тут же слетелись лярвы – мерзкие фиолетовые твари второго измерения. Одна из них уже выпустила присоски, чтобы прикрепиться к затылку девушки, и, в предвкушении лёгкой наживы, выпустила из скверного желудка остатки воздуха. Мощным броском энергии Лео отшвырнул её в конец вагона. Лярва тупо уставилась на неожиданное препятствие в образе Леонардо и, выпустив зловонный сгусток, исчезла.
Девушка ничего не заметила. Она смотрела невидящими глазами в окно на пробегающие мимо деревья, пасущиеся стада, речушки с огромными металлическими столбами мостовых перекрытий, засеянные поля и думала о далёком и страшном.
Прикрыв за собой дверь купе, Леонардо устроился на верхней полке. Вагон был дрянной, пусть и с бантиками на занавесках, потёртыми ковриками и «альтернативным бельём». Альтернативные простыни отличались от обычных, белых, лиловыми цветочками. К ним в придачу полагались две салфетки: одна на унитаз и одна для обуви. Серые дерматиновые сиденья, разболтанные двери, плохо закрытые окна – всё напоминало об убожестве, в котором увязла когда-то крепкая, а теперь расползающаяся по швам держава.
В купе каждый занимался своим делом. Плотный мужчина сидел у стола за ноутбуком. Над ним, отгородившись от внешнего мира наушниками, вслушивался в иноземную речь худощавый сосед. Молоденькая студентка листала журнал «Магик», обложка которого соблазняла животрепещущими темами. «Интервью с того света», «Сакральная сила рун» и «Мистика бытия» полностью поглотили внимание девушки. Заглянувшая проводница угодливо предложила орешки и пиво по шесть гривен, но, встретив равнодушные взгляды, зашуршала с ними дальше.
Леонардо достал косп и задумался. Работа ликвидатора в последние годы изменилась. Небожители уже не сражались с людьми, хотя по-прежнему контролировали их развитие, невидимая борьба велась со вторым слоем земного Шаданакара. Сущности этого слоя начали предъявлять свои права на людей. Вернее, на их чувства, которые превратились в любимое лакомство мерзких тварей. Человечество всё глубже и глубже погружалось в свои страсти, и лярвы размножались со страшной скоростью. Это беспокоило руководство Совета, а ликвидаторам прибавляло работы.
Лео вздохнул и стал настраивать сканирующее устройство на вибрации соседей. На экране появилось изображение Вероники. Рядом двое мужчин, изощряясь друг перед другом в словесном поединке, пытались произвести впечатление на девушку.
Леонардо тронул мерцающую панель, и маленький экран коспа замелькал строками перфокарты.
Сейрам Умеров, 50 лет, женат, добропорядочный отец семейства, общительный, любит поговорить. Возвращается со свадьбы сына. Дальше шёл послужной список Сейрама: работа автослесарем, водителем и, наконец, завгаром в Ташкенте, переезд в Крым в начале девяностых, участие в митингах и демонстрациях в канун годовщины депортации татар, рождение внучки, свадьба младшего сына.
