На аэродром приехали машины. Мужчина в военной форме и местный летчик сели в небольшой самолет. У военного на погонах была одна звездочка. Клава разбиралась в их количестве, но не в качестве. Военный с одной звездочкой улыбался задорной улыбкой. Клава так и обомлела, он ей понравился. Она уже жалела, что горючее взяли из ангара, которое она сама лично разбавила. Каким образом? Все вам расскажи, что она зря жила под его забором, можно сказать в землянке.
Рядом с аэродромом шла траншея времен второй мировой войны, в одном месте этой траншеи была землянка, ее Клава и облюбовала себе в качестве летней дачи. За подобное жилье она естественно не платила, но кушать ей всегда хотелось. Она нашла мужичка без особых примет и внешности, он у нее покупал авиационный керосин. Так и жила Клава на своей летней даче. Сидя на насесте ей пришло в голову, что люди могут обнаружить отсутствие горючего, его утечку. Клава решила, что не позволит такого обстоятельства, нет, она не вредитель, она – Клава. Все, и стала Клава носить воду. У нее было две канистры, в одну керосин вливала, из другой добавляла воду. Все путем, как в аптеке. Дебет и кредит.
Самолет набрал высоту и заурчал, словно в его желудке было много пива, а не керосина. Клава прищурилась, глядя в небо. Она чувствовала, что военного с одной звездочкой на погонах ей больше не увидеть. Телевизора в землянке у нее не было, газеты она читала крайне редко, но сердцем чувствовала, что сделала большую глупость. Правильно чувствовала. Самолет пошел в пике, и нырнул в землю. Клава прямо ахнула. Она этого не хотела, у нее самой журчало в желудке, и она покинула аэродром в поисках пресловутой пищи. Ей перепал пакет молока, булка, и больше у нее денег не было. Клава пошла к своему насесту с пакетом молока, и булкой. Впервые ее задержали с этим пакетом молока, но молоко спасло, и ее отпустили. Народу понаехало, мужиков видимо, не видимо. Все вокруг упавшего самолета суетились, ели пробралась она к своему насесту.
Видит Клава сквозь листву, что останки собирают, два ведра набрали. Ужас охватил ее. Решила она, что не будет больше керосин разбавлять, а то такие мужики в землю врезаются, жуть, какие красивые. Через сутки народу стало поменьше, и она пошла на место падения самолета. Бульдозеры уже почти все сравняли. В луже лежала рука, в другом месте она обнаружила ухо, под ухом была родинка или грязь.
Все, что насобирала, положила на бугорок и исчезла. Нашла погон с одной звездочкой и взяла его в качестве сувенира от красивого военного. От молока шумело в голове, не ее это напиток, ей бы бутылку, и голова не болела. Молоко промыло одну извилину в ее мозгу, и Клава вспомнила, что у нее был муж, что он летал на самолете, поэтому она и живет рядом с запасным аэродромом. Она еще что-то пыталась вспомнить и не хотела вспоминать, а чего она не хотела вспоминать, она не помнила.
Клаву осенила простая мысль, что надо помянуть погибших, а нечем. Тут она заметила, что на аэродром идет женщина в сопровождении двух военных, в форме такой же, как у погибшего майора. На аэродром их не пустили, появилась охрана, а только что никого не было. Они постояли и ушли, оставив… Клава сорвалась с места, и правильно сделала, у ворот стояла бутылка и лежала закуска, и граненый стаканчик. Клава потянулась за бутылкой.
Охранник схватил ее за руку:
– Куда, Клава!? Не для тебя стоит.
– А ты откуда меня знаешь?
– Ты меня не помнишь?
Клава напрягла всю свою память, но не могла вспомнить ровным счетом ничего.
– Не помню! – вскрикнула Клава.
– Я друг твоего покойного мужа.
– У меня нет покойного мужа. Я одна! – гордо заявила Клава.
– Совсем ты плохая стала, а какая красавица была, – заговорил охранник.
– Ты меня не тревожь, – сказала Клава, описывая рукой в воздухе движения.
– Ты, что за воздух держишься?
К ним подошла Елена, которую вызвал охранник:
– О, опять ты Клава здесь бродишь! Ушла бы ты, куда подальше пока идет выяснение падения самолета.
– И эта меня знает, – пробурчала Клава.
– А кто тебя не знает! – в сердцах сказала Елена. – Раньше от тебя всегда пахло цветочными духами, а теперь! – и она с горечью махнула рукой.
– Елена, ты чего волнуешься за нее, побродит тут лето и уйдет, – сказал охранник.
– Клава, ты пол можешь мыть? – с Еленой на понимание спросила Елена.
– У меня земля вместо пола ее мыть не надо.
– Уборщицей будешь работать в административном здании?
Взгляд Клавы покрылся мглой, и она побрела к насесту.
– Елена, она не в себе, что ты от нее хочешь? – спросил охранник.
– Вернуть к жизни.
– Напрасны твои усилия. Ты лучше скажи, почему самолет разбился?
– Черный ящик нашли, такие люди разбились! – воскликнула Елена и всхлипнула.
