Триксель подхватил Ржавые Кости и вскочил на ноги. С его уст слетел нервный смешок.
-Боги, какой же ты тупой. Дважды послушаться советов тех, кого собрался прикончить, - ядовито сказал он в пока ещё целое ухо пирата. - Передавай привет всем демонам.
Утробный вой Дармуда резко пресёкся, и на полу растеклась кровавая груда расплавленного мяса и костей. Ужасный смрад наполнил трюм, так что горбун поспешил проковылять в коридор, благо, старик оставил дверь незапертой.
"Оргину" качнуло из стороны в сторону, Триксель удержался на ногах, прижимаясь боком к стене. Мимо него пробежало несколько пиратов, что-то истошно выкрикивая. Все забыли про пленников и нового капитана, из квадратного проёма над трапом доносился звон оружия и истошные крики.
Никоро! Триксель поковылял к выходу на палубу. Выбравшись на свежий воздух, он прищурился от яркого полуденного солнца, заливавшего лучами кровавое поле боя.
Три пиратские галеры образовали треугольник, а вокруг них собрались шесть кораблей с белоснежными парусами, на которых был изображён герб Теургиата - изумрудный ключ, перекрещенный двумя рефракторами, и божественный нимб сверху. Все шесть галер впились таранами в корпуса пиратских суден, и с них непрерывным потоком текли свежие отряды солдат. Это были неплохо защищённые воины со щитами и короткими мечами. Пираты ещё держались, сбившись в группы по десять человек, но каждая такая команда неминуемо растаскивалась в стороны и быстро погибала. С теургиатских кораблей вёлся редкий огонь, но крайне аккуратный - никто не хотел зацепить своего товарища в кровавой толчее.
Горбун лёг на раскалённые доски палубы и устроился, насколько позволял горб, среди нескольких поваленных друг на друга трупов. Выбраться отсюда представлялось делом куда более сложным, чем убийство идиота-Дармуда. Поднимай безоружные руки или начинай махать рефрактором из стороны в сторону - всё равно кто-нибудь иссечёт тебя в этой сумятице. Лучшее, что можно было сделать - это затаиться, наблюдая и ожидая конца битвы.
Краем глаза он уловил движение поверх одной из кучи трупов. На него тоскливо смотрели выцветшие глаза Неда. Старый маг был человеком подозрительной и жалкой наружности. Сухонький, с искусанными губами и жиденькими седыми волосами, разбросанными по плечам и спине, он, казалось, питался одним только воздухом, которым мог повелевать.
-Дураки мыслят одинаково, ага, - просипел Нед. - Что будем делать, дивайн?
-Я-то надеюсь выбраться отсюда живым и, наконец, вернуться в тёплый, уютный Канстель, к своему отцу. А вот что будешь делать ты, старик, я не знаю.
Нед обиженно насупился.
-Дивайн, я же вам помог. Скажи я этой обезьяне, что неправильное Слово вкупе с рефрактором в руках простака приводят к смерти, и он бы заколол вас и вашу подругу безо всякого стеснения. Я надеялся, что и вы замолвите за старика словечко. Ведь я, фактически, был на этой вонючей посудине таким же пленником, как и вы. Просто у меня была своя койка.
Триксель хмыкнул.
-Ты знаешь, где девушка?
-Я здесь! - раздался громкий шёпот позади.
Триксель обернулся и увидел, как мимо трупов к ним пробирается Никоро. При виде неё он испытал душевный подъём, захвативший его, точно приливная волна. Взяв девушку за скользкую от пота и крови руку, он широко улыбнулся.
-Осталось немного, и мы спасены!
-Три дурака, - просипел Нед.
Возле них неожиданно разгорелся новый очаг сопротивления. Десяток разномастно одетых людей смахнулись с превосходящим по численности отрядом теургиатских солдат. Триксель, Нед и Никоро поползли прочь. Оказавшись ближе к одной из дружественных галер, горбун бросил взгляд на сплетения человеческих рук и ног, которые всё ещё шевелились в агонии битвы.
-Есть какие-нибудь подходящие Слова? - спросил он у старика.
-Всё слишком... эффективное, - покачал головой тот. - Боюсь зацепить и этих. Но у меня есть сциллитум. Твой-то, небось, истёрся.
Триксель хлопнул себя по лбу и вытащил Ржавые кости из-за пояса. Когда он открутил донышко, из полости высыпалась тонкая струйка серебристой пыли. Горбун подул внутрь, закашлялся от возникшего серого облачка. Нед протянул ему один кристалл. Вложив его в полость и закрутив донышко, Триксель щёлкнул предохранителем. Фокусатор загорелся мягким оранжевым светом.
Однако использовать магию им не пришлось. В какой-то момент пираты перестали сопротивляться, и следующие несколько минут слышались лишь короткие вскрики тех, кого принялись добивать теургиатские матросы. Когда очередь дошла и до них, Триксель встал на ноги и медленно поднял руки. В одной он сжимал рефрактор, чтобы его случайно не спутали с каким-нибудь трусливым пиратом.
-Я Триксель Нурвин, сын Берруна. Это Никоро, посол из Шуруппака, и Нед, славный маг, - стараясь не дёргаться, он представил своих спутников, которые стояли за его спиной. На короткий миг он почувствовал себя каменной стеной, защищавшей их, и это неожиданно пришлось ему по вкусу. - Мы плыли в Канстель к моему отцу, когда эти грязные животные напали на наш корабль, потопили его и взяли нас в плен.
