— Казалось, все предусмотрели, Никита Петрович, — сидевший напротив купца приказчик был мрачен, — окружили, дождались, пока ночью один вышел на двор, оглушили его, ворвались в дом и расправились еще с тремя, а вот дальше начались неприятности. Две комнаты, где спали братья, оказались закрыты изнутри. Старший с каким-то мужиком вышли, а Князь отказался. Бросили в комнату гранату через окно, а он не только выжил, но еще и убил трех наших.
— Черт с ними с каторжниками, чего их жалеть. — Махнул рукой Воронин. — А вот, что Князя упустили, это плохо. Наверняка будет мстить.
— Кому? Никита Петрович, он понятия не имеет, кто на него напал. — Успокоил купца Бабаков. — Полиция найдет три трупа каторжников, на них все и спишут.
— Хорошо, если так. — Нехотя согласился Воронин. — Ладно, пришла пора поговорить с нашими пленниками.
— Там только двое нормальных, третий того и гляди скоро богу душу отдаст. С кого начнем?
— Давай сюда ювелира.
Через минуту, щурясь от яркого света, в комнату вошел Золотов и остановился на пороге.
— Проходи! — Бабаков грубо толкнул его в спину и вошел сам, закрыв за собой дверь.
Присесть ему не предложили, поэтому Золотов остался стоять посреди комнаты.
— Кто ты такой? — Задал вопрос Воронин.
— Я уже говорил — ювелир.
— Откуда?
— Из Петербурга.
— А как ты оказался среди московских бандитов?
— Меня взял на работу Александр Васильевич Дулов, он крупный чиновник в московском отделении Сохранной казны.
— Это один из братьев, тот, что сидит у нас в подвале?
— Да.
— И что же ты должен был делать?
— Описывать и оценивать ювелирные изделия, сдаваемые под залог.
— А здесь как оказался?
— Александр Васильевич сказал, что мы едем в командировку в Екатеринбург.
— А какова цель этой вашей «командировки»?
— Этого я не знаю. Это вам лучше спросить у него.
— Не беспокойся, спросим. Теперь объясни, как петербургский ювелир оказался на службе у московского чиновника? Он что не мог найти ювелира в Москве?
— Я два года работал в Петербурге у англичан, а потом сильно запил. Как раз в это время Александр Васильевич был в командировке в Петербурге и подобрал меня в бессознательном состоянии. Очухался я уже по дороге в Москву. Деваться мне было некуда: дом пропил, с работы выгнали, вот я и остался у него. Условия хорошие: жилье, питание, работа — я о таком и мечтать не мог.
— А как же ты бросил пить?
— Это Александр Васильевич, меня излечил от пьянства, а как он это сделал, вам лучше спросить у него. Только за одно это я ему по гроб жизни обязан.
— На каких англичан ты работал в Петербурге?
— Ювелирный дом «Alice».
Бабаков переглянулся с Хозяином.
— Ты знаешь, кто такие Скотт и Барнс?
— Скотт — торговый представитель ювелирного дома, а Барнс один из его директоров. Я работал со Скоттом, Барнса никогда не видел.
— Чем вообще занимается этот ювелирный дом?
— В основном огранкой алмазов и изумрудов.
— За время работы у этих англичан тебя часто обманывали?
— Честно сказать, ни разу. Мистер Скотт всегда выполнял все условия договора, даже если это была устная договоренность. Его слову можно верить.
— Ты тоже умеешь гранить алмазы и изумруды?
— Да, именно этим я и занимался у англичан.
— А в камнях и ценах разбираешься?
— Конечно, иначе бы меня не взяли на работу.
— Теперь будешь работать на меня.
…
— Проходите, Александр Васильевич, присаживайтесь.
— Может быть, вы представитесь?
— Купец первой гильдии Воронин Никита Петрович.
— Почему вы напали на нас?
— Потому, что у нас с вами одна цель — изумрудный рудник, который нельзя поделить, он может принадлежать только одному.
— Не трудно догадаться, кому именно.
— Хорошо, что вы это понимаете. Не будем отвлекаться и приступим к делу. Сейчас вы покажите на карте, где расположен рудник и расскажите все, что вам о нем известно.
— А если я этого не сделаю?
— Тогда познакомитесь с моими мастерами заплечных дел. Уверяю вас, они хорошо умеют выбивать показания, сказывается большой личный опыт.
— Я могу показать только место, где по нашим предположениям может находиться этот рудник. Мы как раз собирались выяснить, насколько эти предположения верны, но вы спутали нам все карты.
Александр Дулов подошел к столу, на котором были разложены его бумаги, предусмотрительно изъятые Бабаковым. Найдя схему, полученную от Ремизова, он аккуратно разгладил ее и провел пальцем по одной из линий.
— Это, левый приток реки Большой Рефт. Видите буквы «SZ» — сокращение от польского «SZMARAGD», что значит «изумруд», они проставлены три раза вдоль этого притока, но только до большого прямоугольника, дальше, вверх по течению, ничего нет. Исходя из этого, мы решили, что изумруды добывают здесь. — Дулов поставил указательный палец правой руки на прямоугольник. — По сведениям охотников и смолокуров, там, за высоким забором располагается жилище староверов, иначе говоря, скит.
— Где вы взяли эту схему?
