— Семен Ильич, какими судьбами? — Радостно воскликнул Штейнберг. — Вы не поверите, но я только что вспоминал вас. На ловца и зверь бежит.
— Здравствуйте, Генрих Карлович, — сказал Ремизов, пожимая протянутую руку ювелира, — был в управлении и решил заехать, посмотреть, как вы тут устроились.
— Да мы еще и не устраивались, только вчера вернулись из Невьянска.
— Быстро вы управились. Надеюсь, не зря съездили?
— Поездка была очень полезной, кое-что прояснилось, однако туман еще не рассеялся, и поэтому нам опять необходима ваша помощь.
— Всегда готов помочь. А где Виктор?
— Бумаги оформляет, ведь вчера официально закончилась его ссылка. Вы проходите, садитесь. Может заказать обед?
— Спасибо, я уже покушал.
— Тогда могу предложить холодного пивка.
— Не откажусь. — Сказал Ремизов, проходя к столу, и занимая место, справа от Штейнберга. Так какие у вас ко мне вопросы Генрих Карлович?
Штейнберг открыл бутылку и, вылив содержимое в большой бокал, пододвинул его к Ремизову.
— Семен Ильич, вы говорили, что одно время работали в Невьянске. Не вспомните, когда это было?
— В 1768 году я был назначен шихтмейстером на заводы Демидова — Невьянский, Быньговский и Верхне-Тагильский. — Ремизов с явным удовольствием ополовинил свой бокал. — Жил я тогда в Невьянске, так было намного удобнее, но по работе постоянно мотался с одного завода на другой.
— Если я правильно понял, вы тогда служили в горном управлении.
— Да, я был мелким горным чиновником.
— Когда вы уехали из Невьянска?
— Летом 1772 года, мне предложили должность помощника управляющего на Билимбаевском заводе у Строганова. Для молодого специалиста, который еще вчера был мальчиком на побегушках в горном управлении это хорошее предложение, поэтому отказываться я не стал.
— Получается, что в 1769 году, когда Яковлев покупал пять уральских заводов Демидова, вы жили в Невьянске. Вы хорошо помните эту сделку?
— Напрямую меня это не касалось, я был государственным чиновником, а не работником завода. Моя задача — контролировать действия администрации этих трех заводов. Чтобы в учетных книгах был отражен реальный объем выплавленного чугуна, десятая часть которого должна поступать в казну, чтобы лес для жжения угля пилили строго по инструкции и еще масса обязанностей по надзору, например: чтобы не беглых не брали на работу, чтобы платили двойной налог за работников — староверов, да много чего. Бывало, целый день мотаешься по вырубкам, замеряя диаметры пеньков, отмечаешь и посчитываешь количество деревьев, срубленных с нарушением инструкции. За день так намотаешься, что нет сил, преодолеть даже семь верст отделяющие Быньговский завод от Невьянска, не говоря уж о Нижнетагильском, дорога до которого занимала иной раз больше половины дня. Так что, я хоть и жил официально в Невьянске, реально проводил там только треть времени, поэтому вряд ли смогу вам чем-то помочь. А что конкретно вас интересует?
— Скажите, Семен Ильич, не было ли каких-нибудь препятствий для проведения этой сделки?
— Вы имеете золото?
— Да.
— Темная история, Генрих Карлович. О том, что на территории Невьянской дачи местные крестьяне нашли золото, было известно давно. Насколько я помню, было даже постановление провести пробные работы, но никто ничего не сделал. Спохватились только, когда Демидов решил продать свои заводы и прислали кого-то из управления.
— Кто именно приезжал от горного управления не помните?
— Нет, прошло столько времени.
— Я вам напомню: опытные работы проводил унтер-штейгер Лачин? Вы его знали?
— Мне ничего не говорит эта фамилия.
— Он также как и вы работал в горном управлении.
— Поймите, Генрих Карлович, в горном управлении я фактически только числился, бывал там очень редко и мало с кем был знаком.
— Хорошо, Семен Ильич, вернемся к сделке 1769 года. Что было дальше?
— Да, собственно ничего. Обследовали участки, написали заключение и сделка состоялась.
— Иначе говоря, золота на территории Невьянской дачи не нашли?
— Скорее всего, дело обстоит именно так, — Ремизов допил пиво, — в противном случае Невьянский завод не продали бы Яковлеву, а у вас есть какие-то сомнения?
— Дело в том, что при разборе архивов Невьянского завода был найден протокол проведения этих опытных работ унтер-штейгером Лачиным. Так вот в этом документе сказано, что два из трех обследованных им участков содержат золото в количестве, пригодном для промышленной разработки.
— Этого не может быть. В этом случае сделка не могла состояться.
— Правильно, но в документах Яковлева на покупку заводов, подшит совсем другой протокол и в нем сказано, что никакого золота на указанных участках нет. Причем должность чиновника, фамилия и даже дата, все совпадает, кроме одного — эти две бумаги написаны разной рукой.
— И как это объяснить?
— Я думал, что вы мне поможете в этом разобраться?
— По этому вопросу вам лучше обратиться в горное управление.
— Бесполезно, поскольку там все документы в полном порядке. Вот если бы поговорить с тем, кто работал в то время в управлении и мог иметь отношение к этой сделке.
