До Кисы дошло спустя пару секунд, и она заржала во весь голос — искренне и до слёз, пугая голубей, что свили гнёзда на стенах цитадели.
— Ох, ты, я смотрю, шуткуешь, да весельчак? Жаль, жаль, настаивать не стану, постараюсь тебя тогда в бою выручить, не люблю быть в долгу, — ответила она и поправила солнечного цвета короткие волосы, чтобы скрыть плохо зажившие раны. — Спасибо, что прямо не сказал, что это всё из-за ушей.
— При чём тут шутки и уши? У меня тут трагедия, а они все смеются, — тихо буркнул себе под нос Айр и потопал ко входу в замок.
Кажется, интендант был даже старше, чем окружающие его древние стены форта Равен. Коренастый, жилистый, упрямый и седой, как лунь, старик с козлиной бородкой и очками из прозрачного кварца. Весьма и весьма дорогими, привезёнными из-за моря. С ним Айр встречался уже несколько раз и готовился к этому визиту, как к тяжёлому бою. Абсолютно все интенданты, что он знал, были прижимисты, некоторые вороваты, кто-то был просто жадный до тупости, но если и существовали образчики "идеального распределителя припасов", пришедшие из мира универсалий, то Ланрит Равенгард был именно им. Вот только всем этим достойным качествам сильно мешал один небольшой недостаток: поговаривали, что старик был пришибленный пыльным мешком. Настолько самую малость, что работе это почти не мешало.
Ланрит проводил на подвальном складе под замком абсолютно все время, знал каждый его закуток и, даже разбуженный ночью, с похмелья, в грозу, после удара по голове булавой, безошибочно бы ответил, сколько у них продовольствия, что где лежит и почему это нельзя отдавать никому. И никакой магии в этом не было, просто старик до безумия был влюблён в свою спокойную и неторопливую, но очень нужную работу. А ещё он очень обожал слушать гуляющее в стенах замка эхо и удивительным образом знал обо всех всё, зачастую даже такое, что в приличном обществе не упоминали.
Вносивший пером заметки в пузатый журнал старец, поправил очки и, с прищуром оглядев спустившегося гвардейца и Кису, он сходу укоризненно заявил:
— Щит был почти новый, из мореного дуба, усиленный стальными ободами руками опытного кузнеца. Надёжный, как забота Бога-Отца, ещё века бы прослужил, если бы не угодил к недоумку. Тебе, бестолочь, два железных шарика дай, да запри в пустой комнате, так ты один сломаешь, а второй потеряешь!
— Простите, я… — виновато ответил Айр, крепко сжав в кулаке перстень.
— Молчи уж! Знаю, что ты это ты. И кто ты есть мне тоже известно. Бестолочь, разгильдяй и охальник. И подруга твоя тоже такая же выросла, эх, где ж мы так недоглядели, что яблоко от яблони так далеко ябнулось. — Привстав, он кряхтя отправился к ящикам, стоявшим рядами вдоль стены, негромко, себе под нос причитая: — Эх, Майне, мы всё пролюбили, куда твоя дочь смотрела, когда залетела от идиота…
Нагнувшись, он с усилием отворил резной сундук, украшенный орнаментом в виде взлетающего грифона, а затем вытащил оттуда треугольный, вытянутый щит с гербом той же пернатой твари. Выполненный из какого-то металла и покрытый для сохранности синей эмалью, он выглядел невероятно тяжёлым, но интендант, легко, словно щепку, забросил его себе на плечо и вынул из сундука серебристый нагрудник, с крупным, сверкающим аметистом по центру груди. Тоскливо оглядев содержимое сундука, Ланрит отрицательно покачал головой и зашагал обратно к столу, перед которым его ожидали Киса и Айр.
— Вот держи, сэр раздолбай, — буркнул он, опустив свою ношу неподалёку от журнала, покрытого странными закорючками, — И не приведи Разрушитель, я увижу тебя раньше, чем Грейсер останется без меча, а тебе понадобятся новые ножны!
— Огромное вам спасибо, а откуда вы… — попытался поблагодарить его Айр, но старик его бесцеремонно перебил:
— Сказал же, молчи! Слышать тебя не желаю, ух и прибил бы! Такое сокровище окажется в руках у этого полудурка… — простонал покраснев от злости Ланрит, вновь поправил очки и только сейчас разглядел стоявшую за спиной Айра растерянную лесную разбойницу, тепло улыбнулся и ласково спросил, — А тебе что принести, доченька?
— Я тебя сверху подожду, мне здесь, похоже, не рады, — прошептал Кисе гвардеец и, забрав нагрудник с щитом, зашагал вверх по лестнице.
— Нет, я это железо на себя не напялю, — в ультимативной форме обрезал Ланнард, даже не взглянув на сверкающий лунным серебром нагрудник. — Брось его куда-нибудь в угол и садись за стол, стынет.
Он в компании сестры уже приступил к позднему обеду, аромат румяной курочки, запечённой с пряностями, одуряюще разносился по комнате. Айр сглотнул слюну, но пересилил себя и упрямо покачал головой:
— Ланнард, я же для вас стараюсь. Если не заботитесь о себе, то подумайте о сестре! Вы ей нужны.
— Мой брат непобедим! И броня ему эта… — уверенно заявила Сэра, но, наткнувшись на умоляющий взгляд гвардейца, помялась и сообразила: — Может, пригодится только как дополнительный груз для тренировки тяжести. А ещё она красивенькая, приятно блестит и инкрустированные камушки в ней интересные, мне нравится.
