Вид архимага при этом не производил должного впечатления. Невысокий, крепко сбитый мужчина средних лет в неброских чёрных одеждах. Напоминал потрёпанного жизнью лорда, а не великого колдуна. Лицо его было безжизненным во всём, за исключением светившихся злобой очей.
Добраться до него, хоть как-то задеть, ударить — казалось невозможным. Эльф отбросил свои штучки и перешёл к простой стихийной магии. Огненный шторм обрушился на архимага палящими волнами, и тот не успел среагировать. Или не захотел. Поверх его одежды и кожи замерцал едва заметный, но оттого не менее прочный слой магической защиты, удерживающий огонь на расстоянии. Его техника была похожей на то, что использовала человечка-дворянка, но при этом казалась более грубой и сырой. В отличие от ярко-голубых эффектов Мэлоди, архимаг оперировал потоками едва заметными даже для эльфа, и при этом тратил энергию с безумной скоростью, впустую проливая большую её часть. Кирион не представлял, как архимагу вообще удаётся сражаться. Даже если он чувствительный к энергии, он все равно едва видит собственные заклятья и применять что-то кроме защиты бессмысленно.
Однако стоило Кириону опустить руки и ослабить давление, как защитный барьер архимага истончился, перетекая в иную форму магии и скапливаясь у него в районе ладоней для чего-то нового. Выглядело так, будто этому человеку не требовалось двигать руками, чтобы перегонять энергию по своему телу. Она покорно переходила из одного состояние в другое, меняя свойства, становясь из средства защиты средством атаки.
Пурпурный бич хлестнул по воздуху рядом с архимагом, но беспомощно расслоился надвое и упал в догорающую траву. Кирион даже заметить не успел, когда человек достал меч из поясных ножен. Его энергия наконец обрела выраженную форму — растеклась эфемерной дымкой по лезвию клинка, и человек, не теряя больше времени, уверенно зашагал к эльфу.
Кирион хлопнул в ладони и запустил в противника глыбу льда. Тот даже не стал уворачиваться, размашистым движением заряженного энергией меча расчертив глыбу пополам. Эльф попытался сократить дистанцию и поймать следующий взмах клинка на свою ладонь, чтобы похитить удар, но стоило ему намеренно подставиться, как архимаг Края изменил угол атаки. Лезвие проскользнуло между пальцами Кириона, оставив неощутимый порез и чуть не угодив эльфу в глаз.
Кирион едва избежал смерти и на фиолетовой волне отпрыгнул назад, снова разорвав дистанцию. Откуда-то снизу, из-под острова, донёсся взрыв, и эльф решил ответить тем же. Если он и погибнет, то взамен отплатит сполна. Оземь ударила искрящая пурпуром ладонь, вспышка света озарила вечернее небо, и остров содрогнулся. Архимаг замер, не дойдя до эльфа нескольких шагов, и в следующий миг ударная волна снесла его в сторону, выбив злополучный меч из рук. По городу поползла циклопическая трещина, ветвясь и кроша постройки. С гулким рыком, монолит надломился и громадными кусками посыпался куда-то вниз, на западный флот.
Обратив мощь архимага против его же войск и заставив его самого отступить, Кирион решил, что улучил подходящий момент, чтобы раскрыть в воздухе рамку. Стоило ладони эльфа оказаться внутри карманного пространства и сжать пятерню на огнелисте, как брошенный архимагом меч вдруг подпрыгнул, сделал в воздухе оборот и махом отсёк Кириону кисть.
Рамка захлопнулась, проглотив отделённую кисть. Шокированный эльф схватился за обрубок, по инерции сделал пару шагов назад и рухнул на спину. Земля под ним дрожала, откалываясь и рассыпаясь, а он не находил сил пошевелиться. Что бы ни вызвало этот паралич — это было неважно. Враг одержал победу — лишил его одной из рук, а значит и магии.
Цена за его жизнь не вышла столь большой, как он рассчитывал. Впрочем… угасающий взгляд успел уловить ещё кое-что. Архимаг плавно снижался к своему поверженному противнику.
Летар с открытым ртом наблюдал за тем, как летающий остров каменным дождём осыпается вниз. Он не отвлекался на то, как булыжники размером с дом раскалывают фрегаты, его интересовало только происходящее наверху — бой Кириона и западного архимага. Неужели эльф одержал победу в этой схватке? Летар в это не верил. Да, эльф пользовался магией за пределами человеческого воображения, но по силе он был несопоставим с кем-то масштабов архимага. Так, мошка, бьющаяся о стекло.
«У него были бы шансы, если б он проглотил свой запас огнелиста», — подсказал внутренний голос.
Летар взглянул на печать и понадеялся, что этого не произошло. Смерть архимага без предварительного допроса его не устраивала.
Пойманные врасплох маги Края быстро поняли, откуда ждать угрозу, и начали отражать летящие в них глыбы. И даже больше — вскоре эти глыбы перенаправились к стенам Альмуна. При поддержке пушечных залпов, они не оставили столичным укреплениям и шанса. Стена рухнула вместе со всеми своими защитниками. Проход в гавань оказался расчищен за считанные минуты, и вперёд выдвинулись десантные корабли.
