Вокруг простирались хвойные леса без единого намека на цивилизацию. Ни одного огня вдали. Ни одного следа вьющегося дыма в небе.
— Не имею понятия, — честно ответил Нирэйн, неотрывно глядя на распластавшееся на земле тело. — Нам нужно как-то сориентироваться.
— Дьявол! Ладно… Я пытался, как мог, — обречённо сказал Летар, ни к кому конкретно не обращаясь. — Но у меня не вышло.
— Что ты собираешься…
Летар возвел руки к небу, и в его ладонях вспыхнул белоснежный шар, осветивший весь лес. Трава под ногами прижалась к земле, Лит опасливо прикрыли лица, Мэлоди и вовсе прижалась к сосне, обхватив ее обеими руками, чтобы не рухнуть.
Шар бушующей целительской энергии, казалось, был готов сорваться со своего невидимого поводка и улететь в небо, но Летар пересилил его и обрушил на Нэйприс. Та слабо дёрнулась, и энергия провалилась в девушку без остатка, мгновенно вернув её лицу здоровый цвет.
Летар секунду постоял, качнулся на дрожащих ногах и упал на колени. Глаза его закатились, тело содрогнулось в конвульсии и рухнуло, оросив все вокруг брызгами крови, хлынувшей изо рта.
Летар судорожно втянул воздух и открыл глаза. В ужасе вскочив со своего места, он стал дико оглядываться по сторонам, но так и не понял, где находится.
«Это тот свет?» — с жалобной ноткой раздалось в голове. — «Если да, то я разочарован».
Бедно обставленная комнатка содержала только кровать, с которой и вскочил Летар, невзрачный стол с чашкой воды и горящую, уже почти истаявшую, свечу. Окон в комнате не было, что путало его ещё больше, не давая определить время суток. Но зато была тяжёлая железная дверь, запертая снаружи, что прозрачно намекало на заключение, пусть и своеобразное.
Застарелый вкус крови во рту неприятно горчил, так что Летар дрожащей рукой схватил чашку со стола и прополоскал рот. Первый глоток воды он бесцеремонно сплюнул на пол. Второй всё же угодил внутрь убийцы. Остатками воды в чашке он наскоро умылся, ошеломлённо обнаружив на лице щетину, и устало прилёг на кровать. Всего-то приведя себя в порядок, Летар уже успел вымотаться. Пока он лежал, ничем не занимаясь, не нашлось лучшего занятия, чем осмотр самого себя не предмет ран. Результат не впечатлил — ранений не было. Или, по крайней мере, не было их следов.
«Неужели я всё ещё жив?» — снова задался вопросом Летар.
Он чувствовал себя чертовски обессилевшим, но достаточно живым, а это уже было исчерпывающим ответом. Вновь поднявшись с кровати, он стал неуверенными шагами мерить комнату вдоль и поперёк, ощущая тягостную слабость в ногах.
«Где я? Где все остальные? Жива ли Нэйприс? Наверняка она в порядке, а вот что будет со мной? Они бросили меня, но на моё тело наткнулся кто-то, да сюда принёс? Или это они меня сюда запихнули? Зачем было забирать мои вещи? Сколько дней я провёл без сознания?»
Раздался противный (однако для Летара прозвучавший слаще музыки), скрежет ключей в замке, и убийца резко остановился, повернувшись лицом к двери. Руки приняли положение наизготовку, пусть он и не был уверен, что сможет толком колдовать. Скрежет прекратился с отчётливым щелчком, и перед Летаром возникло незнакомое лицо в открытом шлеме. Чуть ниже шлема располагалась кольчуга, натянутая поверх приталенной военной формы в тёмных тонах.
— О, очнулся. Приказано доставить, — страж на секунду замялся, но быстро управился с казусом, — гостя к леди Онэс.
«Значит, гостя», — с поутихшей тревогой подумал Летар. — «Это уже о чём-то говорит».
О чём именно, Летар и думать не хотел из-за своего недомогания, пускай ответами займутся другие.
— Где я? — спросил он.
— В графском замке. Следуйте за мной, — отчеканил стражник чем-то, напоминающим почтительный тон, словно Летар и вправду был гостем в этих стенах, и двинулся от двери.
Летар поспешил за ним, стараясь не слишком отставать. Не говоря о том, что он без устали продолжал лихорадочно оглядываться по сторонам, пытаясь то ли запомнить дорогу, то ли привыкнуть к окружению. Каменные стены, без дорогой резьбы или ещё какого-то модного у высокородных орнамента, с обыкновенными факелами и свечами, даром, что восковыми. Безо всяких украшений. Но тем не менее назвать обстановку бедной язык не поворачивался. Суровой, устрашающей, военной — сколь угодно, но бедной — никогда.
Летар покрутил на языке слово «милитаристская», пробуя его на вкус. Весьма подходило для первого впечатления произведённого этим местом. Даже вписывался этот страж-щёголь, если представить, что он из какого-то особого отряда.
На третьем повороте за угол, мозг Летара встал на место:
— Как вы сказали, зовут леди?
Стражник молча прошёл ещё несколько метров, уверенным жестом распахнул нужную дверь и громко отчеканил:
— Миледи, ваш гость прибыл.
Летар ошарашено моргнул, привыкая к слишком яркому свету, и решил быстро осмотреть интерьер, чтобы понять, с чем он имеет дело. Столы, столы, кругом одни столы, выстроенные целыми батальонами. Все с увесистыми позолоченными подсвечниками, проминающими роскошные скатерти. Убийца почувствовал себя невыносимо чужим в этом месте.
