Закрыв за собой дверь, Летар увидел уже мастерящего что-то Нирэйна. Убийца, кажется, потерял счёт времени. Разве он провёл с Нэйприс не один краткий миг? Как высокородный инженер успел перейти от полусотни неудачных чертежей к делу? Тот, однако, бросил своё занятие и воззрился на вошедшего.
— Как там она?
— Лучше, чем можно было ожидать, психологическая травма чудовищна, конечно, но она справится. Если не говорить ей, что в городе точно найдётся маг-другой, который мог бы поставить её на ноги, но не стал.
Нирэйна будто ударили под дых.
— Я, — начал он и прочистил моментально пересохшее горло. — Я настаивал на исцелении. Но мать сказала, что у её лучших целителей и так полно работы. И станет ещё больше, когда Край соберётся с силами для нового наступления. И я не говорю о лучших целителях, которые всегда ходят с полными энергоканалами на случай непредвиденных обстоятельств, — Нирэйн вздохнул, сознаваясь: — связанных с нашей семьёй.
Летар вскинул руку, прерывая поток оправданий.
— Не беспокойся об этом. Есть решение.
— Ты серьёзно? — Нирэйна новость ошеломила.
— Да. Всё просто, я исцелю её, когда верну магию. Или попробую исцелить перед исходом печати, раз уж мне все равно умирать.
Зря Летар пощекотал любопытство Нирэйна. Аристократ не преминул зайти на второй круг допроса:
— Я не понимаю. Мэлоди сказала, что твоя реакция — это явно не последствие заклятья как такового. А что-то принципиально твоё, с чем никто не сталкивался. От траты энергии люди не умирают. Да что там, даже кровь из них не хлещет.
— Можешь представить, что это новая техника целительской магии. Я перенёс на себя ранения Нэйприс.
— Но целители сказали, что твой организм в идеальном состоянии. И никакого яда внутри.
Летар неопределенно пожал плечами:
— Магия.
Нирэйн шёпотом выругался.
— Ты не скажешь, что с тобой, да? — спросил он с интонацией, которая явно указывала, что он сдался и не хочет допрашивать убийцу.
— А я и сам не знаю, — отмахнулся Летар.
— Ладно… Чёрт, какой же ты мешок конского… — Нирэйн раздражённо цокнул языком. — Вот тебе насущный вопрос. Ты всё ещё принимаешь участие в нашей кампании?
— О. Право выбора? Я что, уже расплатился с вами? — желчно ответил Летар, но увидев выражение лица собеседника, сбавил накал. — Какая кампания? У вас ни войск, ни плана, ни земель.
— Первое будет, второе есть, третье тоже есть, но оно не нужно для осуществления второго. Зачем ты вообще упомянул земли? Пытаешься меня отвлечь? Да, ты так и не ответил на мой вопрос.
— А что ты от меня хочешь? — со смешком выдохнул Летар. — Я бесполезен. Даже та магия, что у меня была, теперь ослабла.
— Твоя магическая импотенция не помешала тебе вернуть Нэйприс с того света. И убийца ты вполне полноценный. Не каждый маг может таким похвастаться.
— А ещё мне надо в Альмун, — добавил Летар.
Нирэйн вздохнул и картинно водрузил на свою переносицу пару пальцев, прикрыв глаза. Ему явно не хотелось говорить что-то раньше времени, однако, он всё же поддался своему порыву:
— Да. Тебе надо в Альмун… Кирион жив. Шпион дражайшей матушки в столице мельком видел и его, и моего брата, которых куда-то вели. Вероятно, они сейчас сидят в темнице и ждут своего принца. Или палача. Сколько у эльфа ещё таких чудолистьев может быть? Да он мог чёртово дерево у себя в кармане припрятать.
Летар не сразу обработал полученную информацию, а потому вытаращился со смесью радости и удивления с заметным опозданием.
— Если я освобожу его, то верну магию, — и тут же сник. — С шансом один к двум. И печать…
— А вот поэтому тебе пока что
— Архимаг Края уничтожит вас всех.
— Нет, если ты его займёшь, — глаза Нирэйна загорелись безумным огоньком. — Мы нужны друг другу. С нас хаос сражения, с тебя мёртвый архимаг. По рукам?
— Когда вы собираетесь штурмовать город?
— Как только сможем. Например, через месяц.
Летар вдруг отвёл взгляд, потерявшись.
— А какой сейчас…
— Это твой сорок пятый день. Можешь пересчитать с календарём в руках.
— Ровно половина срока позади, — кивнул Летар, мысленно соглашаясь с предложением. — Я ещё подумаю.
— Думай. Но учти, мой план безупречен. Витилесса воссядет на трон всего Синномина, ты найдёшь силы для возвращения Нэйприс в мир живых… А то я уже привязался к этой рыжей мастерской идей. В хорошем смысле рыжей — рыжеволосой, а не ржавой. А, — Нирэйн махнул рукой и вдруг выплюнул какое-то незнакомое, но особенно обидное оскорбление: — как будто ты бы вообще подумал о таком смысле, гуманитарий.
Летар прислонился к двери, пропустив странную фразу мимо ушей, и задумчиво осмотрел метку на руке. В этой чёрной стерве осталось полтора месяца.
Первые осознанные сутки в Кьелзе прошли без приключений. Летар усвоил новые пределы своей магии, Нэйприс вырвалась из кокона своей апатии, а семья Лит со всей благодарностью приняла дарованную судьбой передышку. Всё было бы неплохо, если бы не…
Убийца закатил глаза и недовольно простонал:
— Чего ради?
