— А сам капитан там за длинный язык оказался? — уточнил Летар, памятуя услышанный накануне факт.
— Так я те и сказал.
— Что-то мешает сказать правду?
Ганнак насупился и смолчал. Поднявшись и отряхнув грязную одежду, в которой он провёл по меньшей мере несколько недель, наёмник зычно схаркнул на землю, умудрившись попасть на сапог одного из спящих рядом сослуживцев. Не изменившись в лице, он пихнул Летара в плечо:
— Пошли, чё встал.
— Западники не разрешают приближаться к гавани? — спросил Летар, отвернувшись от чумазого лица своего напарника.
— А чё?
— Забудь.
Убийца взбесился из-за бессмысленности разговора. От этого идиота вряд ли можно узнать что-то ценное. Более того, он теперь враждебно настроен к Летару из-за науськивания писца. Тот передал Ганаку, что целитель уже присматривает себе место в рядах западников. Спрашивается, с чего бы наёмник посчитал зазорным тягу к личной выгоде? Ответ простой — зависть. Тупой дуболом не мог рассчитывать на снисхождение армии Края.
Светлая половина дня в Альмуне была особенно неприветливой. Дома смотрели на бредущую мимо пару наёмников пустыми глазницами на месте высаженных окон. Стены нависали над улицей, сжимая её, и ждали, когда их однотонную поверхность распишут кровью. О том, что в этом месте может присутствовать не только смерть, но и жизнь, напоминали только несколько встречных крыс, копошащихся в обломках и сбегающих при приближении людей.
К счастью, обстановка менялась с каждым шагом, отделяющим Летара от лагеря наёмников и приближающим к заветной цели. Стены белели, избавляясь от следов пожара, крыши поднимались всё выше над искалеченным городом, даже температура воздуха росла, загоняя оставшийся с ночи холод обратно в его затхлые погреба.
В приличном районе встреча с западниками не заставила себя ждать.
Пара солдат — будто отражение наёмников, один высокий, другой поприземистее, — вальяжно подошла к Летару и Ганаку, застывшим при виде угрозы. Кольчужная варежка рослого солдата звякнула, тяжело опустившись на ключицу Ганака. В другой руке возник кинжал.
— Шпионите, имперская падаль? — акцент западника делал слова менее разборчивыми, сбивающимися в быстро проговариваемые стаи.
— Мы это… это… — Ганак не мог отвести взгляд от лезвия, нацелившегося ему куда-то в низ живота. — Мы в тюрьму.
Второй стражник фыркнул, первый же выпалил:
— Не сомневаюсь.
Летар прочитал эмоции, озарившие лицо западника после насмешки над беспомощным наёмником, и пожалел, что решил оставить меч у ночлежки.
— Идиот говорит правду, — резко вмешался убийца. — Он неполноценный, не умеет выражать мысли. Мы из бурых волков. Нам нужно проведать в тюрьме наших старших офицеров. У нас нет при себе ни оружия, ничего.
— Вот как? — западник выпустил жертву из хватки и обтёр замаранную ладонь о свой надоспешник в синих цветах герцога Макза. — Очень жаль.
Западники ушли, ничем по итогу не поживившись. Летару пришлось пихнуть остолбеневшего Ганака в бок, чтобы привести его в чувство. Реакцию наёмника убийца счёл настораживающей. Если уж продажный клинок так боится рядовых западных патрульных, то чего ожидать от часовых у тюрьмы?
Ладонь в перчатке напряглась. Если Летара заставят оголить руки, то останется лишь один вариант — рвануть в тюрьму наперегонки со стражей. Понадеяться, что эльф внутри и готов к бою. Летар поймал себя за последнюю мысль.
— Ты уже был в тюрьме, верно? Маги там есть? — спросил он у Ганака, как только они продолжили путь.
Тот, избежав кинжала в кишках, оказался расположен к внятному диалогу не больше прежнего:
— Хрен знает.
— Я не хрен, и мне нужно знать.
— Кого-то ищешь? — блеснул догадливостью Ганак. — Да пожалста, но каким хреном я отличу мага от немага?
— Магам руки сковывают сзади, а не спереди. Со сведёнными назад руками колдовать не выйдет.
Правдой это было только в случае, если заключённый не обладал особой выдумкой и подходящими разделами магии. Такого от применения энергии могут остановить только запрещающие наручи, но какой шанс, что эльф окажется закован в такую редкость?
— Ну, — буркнул Ганак. — Мож был кто с руками сзади. Я не рассматривал, они ж не на параде.
«Отлично».
Завиденная издали стена жёлтого камня с прожилками чёрного грибка показалась Летару красивее любого дворца. Он наконец достиг своей цели, добрался до места содержания эльфа. Осталось попасть внутрь.
Дежурившая на входе четвёрка часовых лениво осмотрела идущих к ней имперцев, и даже не похваталась за оружие. Прежде чем слушать, зачем сюда припёрлись наёмники, старший из западных солдат отдал приказ их обыскать.
Пара чужих рук долго шарила по всему телу Летара, выискивая убийце проблемы, и даже что-то нашла.
— Это ещё что? — протараторил западник, выхватив из-под одежды Летара сантипушку. — Хрень какая-то.
Он принялся осматривать её, держа в упор к лицу и выискивая взглядом всё, что могло представлять опасность. Сперва он пощёлкал по полке для пороха, а затем, заставил Летара пережить краткую остановку сердца, подёргав за спусковой крючок. К счастью, дёргал он не в ту сторону.
