Поглощённый раздумьями убийца покинул нижний город и зашёл в район побогаче. Первым, что бросилось в глаза, было запустение. Широкие улицы, рассчитанные на несколько карет в ряд, пустовали из-за непогоды (не считая стражников, сновавших отрядами по четыре человека по каждому переулку). Также плавно изменилась архитектура, отойдя от обшарпанных низкорослых коробок и сменившись зданиями повыше и понаряднее. Особняками их назвать язык не поворачивался — какие особняки в захолустье? — но домишки выглядели достаточно презентабельно, чтобы принадлежать правящей элите города.
Летар понял, что среди таких домов постоялый двор точно не найдёшь, и сменил улицу. Несколько минут ходьбы вывели его на площадь, показавшуюся заброшенной, — единственный человек в поле зрения брёл мелкими шажками по своим делам на другой конец площади. По периметру стояли здания самых разных форм и вывесок, среди которых могло оказаться подходящее, и потому Летар немедля пустился в обход территории, цепляясь взглядом за каждую разрисованную дощечку.
Миновав фасады трёх построек и уже заприметив нужную, Летар остановился. Инстинкты против воли заставили принять стойку и вскинуть руки для колдовства.
Человечек вдалеке семенил мимо переполненного водой нерабочего фонтана, когда его атаковала взметнувшаяся из тени фигура. Беспорядочные движения рук и короткий танец кинжала — два тычка и широкий удар наотмашь. Грабитель сорвал с жертвы кошель и оттолкнул в воду потерявшее всякую ценность тело, после чего рванул с площади быстрее выпущенного из баллисты снаряда.
Летар опустил отозвавшиеся коротким спазмом руки. Протяжно посмотрел на фонтан вдалеке, мутная вода которого становилась чернее с каждой секундой. Убийца обратился в статую и долго не мог определиться с чем-то, пока наконец не отвёл взгляд и продолжил свой путь к постоялому двору.
Твёрдой рукой распахнув дверь, Летар оказался в трактире. Никто не повернулся на звук распахиваемой двери, в помещении и без того было шумно. Если где-то сейчас жизнь и могла бить ключом, то только в таком месте. Больше дюжины человек рассеялись за выскобленными столами, обедая, пьянствуя, играя в кости и совмещая все три занятия. Больш
Летар бросил мрачный взгляд на занавешенное окно. У опрометчивого грабителя не было и шанса. Его, такого прыткого, уже наверняка поймал патруль на соседней же улице. Бег без оглядки — первая ошибка, которую может совершить убийца. Второй ошибкой будет не выкинуть окровавленный кинжал в тот же фонтан. Существовала ли третья ошибка, которую совершил убийца?
«Не считая этических», — неизменно каркнул внутренний голос. Было что-то неправильное в убийстве случайного прохожего ради той малости, что он имел при себе. Разве мог он ожидать, что поплатится жизнью за пару монет?
Убийца рухнул за стойку и обратился к хозяину заведения:
— Комнаты есть?
Хозяин заведения был детиной ростом чуть ниже самого Летара и имел довольно устрашающий вид. Первоначальное впечатление развеялось, стоило ему открыть рот:
— А то ж. Надолго? — спокойный, чуть ли не нежный, тембр сбивал столку.
— На три дня. Может, дольше.
Трактирщик вскинул кустистые брови:
— Дела в городе?
— Вроде того.
— Один золотой.
— Десятка за месяц? — в интонации Летара не нашлось места удивлению, ведь его пытались ограбить второй раз за день. — В верхнем городе зверски заламывают цены.
Делать было нечего. Летар расстался с монетой без трогательных прощаний и кивнул на бутыль вина стоящую на полке позади трактирщика.
— А это почём?
— Двадцать серебряных. В комнату алкоголь проносить нельзя.
Летар хмыкнул и достал свою флягу с водой. Пил он короткими глотками, высоко запрокидывая голову, почти не касаясь губами горлышка. Трактирщик взирал на это без особого восторга, но и поводов открыто выразить недовольство не находил.
— Хочешь пробиться на аудиенцию к Ульфу? — вдруг спросил он.
Летар поперхнулся, но удержал жидкость в себе, приложив ладонь ко рту. Справившись с собственной глоткой, он поспешил уточнить:
— А я похож на желающего?
— И не такие хотят попытать счастья, — поведал трактирщик без особой учтивости. — Вон там в углу тоже едва наскрёб денег на проживание. Всё утро мне пел о том, как поразит императора своей идеей летающих шаров.
Летар присмотрелся к бедняку не от мира сего. На собрата Летара по ремеслу он не походил совсем, слишком уж пёстро выглядел: красный камзол без рукавов поверх жёлтой рубахи, на голове длинный капюшон, складками лежащий на плечах. Видимо, впрямь чудак.
Так бы Летар и разглядывал этого чудака, да и прочих посетителей трактира, если бы внимание не привлекла вошедшая в заведение группа людей из четырёх человек. Кольчуга на толстых поддоспешниках в цветах городской стражи, мечи и кинжалы на поясе, у одного из четверых ещё и капральская повязка на плече.
