Дерас предпочёл бы, чтоб эта фраза оказалась фигурой речи, как и любое упоминание драконов в простонародных присказках. Однако это было не так. Дерас лично участвовал в экспедиции на крайний север. Туда, где нет ничего кроме снега. Туда, куда нет смысла соваться ни одному разумному человеку. Туда, где, как выяснилось, полтысячелетия назад драконы были закованы в вечную мерзлоту. Дерас провёл месяцы в поисках реликтов прошлой эпохи с целью вернуть их к жизни и использовать для обороны от угроз в лице недоброжелательных соседей: Края, гарпий и даже эльфов.
— Вряд ли, — попытался он привести мысли в порядок. — Драконы ни разу не показывались никому на глаза, о них в курсе лишь несколько высокопоставленных чинов и связных с печатями неразглашения… Даже если герцоги каким-то образом прознали о драконах, тем меньше логики в их поведении. Они же суют голову в петлю, разве это не настораживает?
— Настораживает, что ты помешался с тех пор, как подчинил себе этих крылатых тварей. Край первым позвал нас на переговоры, а значит право выбрать место было за мной. Они не могли отказать.
«Помешался? Ещё бы я не помешался. Западники что-то задумали, а я далёк от пика своих возможностей — крылатые твари отнимают у меня с половину всей энергии. Стоят ли драконы рисков, что мы берём на себя?» — нить мыслей Дераса, к несчастью, обрывалась на риторическом вопросе. Ведь мнение Ульфа он уже знал, а его собственное не имело значения.
— Да, я волнуюсь, — признал Дерас вслух. — Если со мной что-то случится, драконы выйдут из-под контроля. Даже сейчас некоторые из них кружат над облаками, желая обрушиться вниз, на города, которые им должно защищать, и потоки моей магии — это единственное, что удерживает их от истребления людей.
— Если мой телохранитель боится, что с ним что-то произойдёт, — Ульф нахмурился пуще обычного. — Может, мне пора заменить его?
— Переговоры — отнюдь не то место, откуда я бы мог эффективно управлять драконами, если что-то пойдёт не так. Даже если сам я буду цел.
— Тогда вот тебе повод для радости: переговоры пройдут стремительнее некуда.
Дерас выдохнул, услышав очередной скользкий намёк из уст императора. С тех пор, как стало известно о переговорах, Ульф заявлял нечто подобное каждый раз, как оказывался наедине с Дерасом. При этом он ни разу прямо не заявил о намерении пролить кровь. Безобидная бравада или искреннее безумие, почерпнутое от вида подчинённых его воле крылатых чудовищ? Дерас гадал без особой уверенности.
— Не стоит быть таким резким, — осадил Дерас как можно тактичнее. — Вы же помните донесение из Пьелта о флоте гарпий, идущем вдоль нашего побережья? Пернатые что-то затевают.
Дерас, родившийся на юге империи, ещё будучи юнцом застал последнюю войну с гарпиями, где потерял много друзей детства, но проявил себя как чрезвычайно умелый боевой маг. В дальнейшем, длинный список заслуг и наград (самому Дерасу напоминавший перечень потерь, горечи и осколков его души), сыграл немалую роль в назначении на пост придворного архимага. А назначил его давно почивший отец Ульфа.
— Они не нападали с полсотни лет, — фыркнул Ульф, слепой к страхам Дераса на тему пернатых. — И сейчас не станут.
Архимаг стиснул зубы, и понадобилось чудовищное усилие, чтобы не выдать злость.
— Вы недооцениваете гарпий.
— У нас есть дракон на юге, — повысил тон император. — И на западном побережье.
— Если эти драконы не получат моего приказа, толку от них не будет, только вред.
— Хватит паниковать, — беспечно оборвал император, и всю дорогу до Фьерилана Дерас был вынужден кипеть молча.
Сотни людей пришли к городским воротам поглазеть на императорскую карету, а если повезёт, то и на самого Ульфа Аури. Сотни же стражников изо всех сил этому препятствовали, чтобы обезопасить владыку. Излишние меры, по мнению Дераса. Нет такого глупца, который бы рискнул напасть на Ульфа, пока рядом его архимаг. Стрела отскочит не долетев, меч раскрошится как от удара о гору, и никакой маг даже руки вскинуть не успеет. Пока ещё никто не одолел Дераса в магическом поединке или хотя бы сравнялся с ним по уровню энергии, — в списках гильдий за всю его жизнь не значилось имени, что могло бы оказаться с ним на одной ступени.
В верхнем городе карета остановилась и сопровождающие её войска рассеялись, освобождая проход ко дворцу. Из распахнувшейся дверцы вышел император Ульф, в короне и мантии, которые всё путешествие провели на скамье подле него. Государственный меч, чей резной эфес торчал из-под мантии, был накрепко пристёгнут к поясу. Император коротко вскинул руку в знак приветствия собравшейся толпы. Следом вышел Дерас, не скрывая своего присутствия, но и не пытаясь произвести впечатление на зевак. Свои регалии он не взял, относясь к этой поездке как к деловому визиту. А может, из-за не вполне осознанной боязни, что вес орденов и медалей пригвоздит его к земле.
