Полностью текст манифеста можно прочитать на 10-ти страницах у Николая Устрялова в 6-м томе, начиная со стр. 447. От этого документа так и веет "липой" ( вытянутой пытками над арестованными ), состряпанной ради одного - оправдать все предыдущие и последующие действия Петра I, направленные на решение своих династических проблем ( это первое ) и на запугивание всех недовольных его властью ( это второе ).
И уже 14 марта министрами царя были вынесены всем лицам различные приговоры ( фрагмент приговора Глебову я привёл выше ).
По этому делу к смертной казни приговорили четверых, а 28 человек к телесным наказаниям разной степени тяжести ( урезание языков, вырывание ноздрей ), к ссылке и каторге.
Вполне естественно, что подписи Петра I под этим приговором не было - для этого есть нужные "шестерёнки"..., но мы понимаем, что все решения принимались на высшем уровне - формалист Пётр Алексеевич был ещё тот и делал всё, чтобы в будущем возможная "Гаага" ему не светила.
15 марта 1718 года в двадцатиградусный мороз измученного пытками Степана Глебова привезли на Красную площадь. По словам очевидцев - народу нагнали невидимо, пару сотен тысяч..., но вероятно, это преувеличение.
Рядом с местом казни стояла телега, на которой сидела опальная Евдокия. Охраняли её два солдата, в обязанности которых входило ещё и следующее: они должны были держать бывшую государыню за голову и не давать ей закрывать глаза. Посреди помоста торчал кол, на который и усадили раздетого донага Глебова.
Вот цитата из немецкой хроники тех дней:
"Привезли Глебова на торговую площадь на санях в шесть лошадей. Его положили на стол и в задний проход воткнули железный кол, и вогнали его до шеи. Когда Глебов таким образом был посажен на кол, восемь человек отнесли его и водрузили на возвышенном месте; кол имел поперечную перекладину, так что несчастный мог сидеть на ней. Возле Глебова всё время был русский священник. Чтобы осуждённый на мучения не замёрз и страдал дольше, на него надели меховое платье и шапку" ( Ausfurliche Beschreibung in der Hauptstadt Moscau, den 28 Mart, dieses 1718 Jahres in Beyseyn einer unzehligen Menge Volks, vollozogenen grossen Execution. [1718]. S.4. )
А вот как описывает происходившие в те дни расправы австрийский дипломат Отто Антон Плейер ( напомню - он резидент императора Священной Римской империи ) в донесении, датированном 18 апреля 1718 года ( фрагмент перевода приведу в современной транскрипции ):
