— Вижу и знаю, — метался в раздумьях Андриан Алистархович. — Но беќжать как во-ру?.. Убежать-то, убежишь. А там опять всю жизнь бойся, что поймают. В страхе и будешь волочиться. Что вот тут лучше-то?.. Уж пусть коли заберут, на то Божья воля.
2
Воспоминания и раздумья о хуторянах Беловых сливались воедино и с их, Кори-ных, мытарствами той поры. Моховцы упорствовали, не хотели идти в колхоз. Вроде бы дело добровольное, как лукавили агитаторы… Но вот мельников Ворониных раскулачили. Следом еще двоих "зажиточных" мужиков. Вместе с большесельскими кулаками тут же и выслали. Через каќкое-то время отца и еще четыре хозяйства обложили твердым заданием. За невыполнение его судили, под конвоем отправили на Ляпинские болота отбывать принудиловку. А его, Митюху Корина, несовершеннолетќнего парня, отправили на лесозаготовки со своей лошадкой. Та же приќнудиловка, только и есть, что на своих харчах. Это еще и выгодней каќзне. Лес рубили вокруг хутора Беловых — Сослачиха. И Дмитрий с моховскими мужиками и парнями квартировали в доме Андриана Алистарховича. Сам он со всей семьей был выслан в Хибины, как вот и кузнецы Галибихины.
После войны прошел слух, что дом в Сослачихе унаследовал племянник сестер Бе-ловых, военный, вроде бы генерал. Будто и приезжал. Разузнал поглядел и тихо уехал. Скорее всего из-за какого-то остережения не стал показываться на людях. Будто и не он, и не для себя свою родину отстоял от злого супостата.
И вот повод съездить в Сослачиху сыскался у Дмитрия Даниловича. С лесником тамошним поговорить, опыта понабраться. Кто тут в чем тебя заподозрит.
Прямиком, как в былую пору ездили летом на тарантасе, зимой на саќнях, теперь в Сослачиху не проберешься. Ни троп, ни дорог нет, пропќлутаешь в лесу и хутора не най-дешь. Лучше на автобусе до станции, а там поездом три перегона до Скалино, где, как он узнал, контора глаќвного лесничего.
С поездкой пришлось повременить. Старик Соколов с плотниками вышел на по-рубку ельника в Казенной. И тут же пополз слушок, что и частоќколу там можно подру-бить. Мужики и потянулись на Тарапунино ноле на выруб ельника. Дмитрию Даниловичу пришлось показывать кому где руќбить… И сам он тоже вышел с зятем Юрой заготовить частоколу для загороды. Простор поля на глазах раздвигался это особенно радовало Тарапуню.
Через неделю, в пятницу, Дмитрий Данилович отправился с первым авќтобусом на станцию к рабочему поезду. И ранним утром был уже в Скалине.
В поселке отыскал контору лесничества. Главный лесничий, выпускник Ленин-градской Лесотехнической академии, с любопытством разглядывал колхозного лесника, пожаловавшего за советом о посадке леса. Расспрашивал с какой-то веселостью, похоже скуку разгонял. Забавили планы рядового колхоника возродить у себя былой строевой сосноќвый и еловый лес.
Но вот стоило Дмитрию Даниловичу упомянуть о кедровой рощице у них в Кавер-зино, посаженный его отцом, лесничий ответил: "Слыхал, слыхал, как же…" Искорка в глазах вспыхнула. Чудо это, кедры мужиком выраќщены… Дмитрий Данилович подумал о парне: молодой, может со времеќнем и заболеет лесом. А пока что перед ним было знако-мое, как с плаќката сошедшее лицо. Человек, приставленный к должности. Лесничий вс-коре устал от разговора с чудаковатым мужиком. Будто поразглядывал притихший пожар и отошел: что уж теперь, догорело… Улавливалась схожесть ев с Николаем Петровичем — ихним председателем, тоже посаќженным на такую должность. И еще с разными контроле-рами-уполномоченными. Они так же оживлялись на миг, когда усматривали "подвиг". Больше для того, чтобы их самих не упрекнули в незамечании положительного. Выказав вроде бы интерес, тут же и утихали. "Где им, посторонним, люќдскую стихию, отемнен-ную игом демиургызма, повернуть к благу". Так и прорастают особи необремененности — "раб-отнички", без уважения к себе мужику-крестьянину.
Лесничий не видел в приходе к нему колхозного лесника помехи себе и потому поглядывал на Дмитрия Даниловича с леноватым добродушием. Сослачихского лесника Белова похвалил. Тоже больше, пожалуй за то, что был тих, не беспокоил и не мешал. Но тут же и возвысился над ним, сказав:
— Мужик исправный, из отставников. Нарушений обычных нет. Лес сажает по пла-ну, посмотрите, конечно, тем более, что сами когда-то лес тут рубили.
О нарушениях, что у лесника сослачихского кордона их нет, сказано было как о чем-то необычном. И это Дмитрия Даниловича зацепило: "Неужто и тут, лесник, не до-пускавший "нарушений", за чудака принимается?.. Где же та дыра, через которую вывет-ривается святое в чеќловеке?.."