— Хей, парни, мы собираемся сделать небольшой перерыв, — наш режиссёр, чьё имя уже вылетело из моей головы, сообщает нам, и мы все расходимся в разные стороны. Я направляюсь в коридор, чтобы посмотреть в окно. К счастью, никто не знает, где именно мы находимся на данный момент, поэтому на улице пусто.
Когда я поворачиваюсь, чтобы отойти от окна, то замечаю знакомое пальто на улице, поэтому прищуриваю глаза, узнавая Эрику, идущую по улице со смеющейся блондинкой. Я быстро ищу в карманах телефон, чтобы найти в контактах имя девушки.
От кого: Найл
Кому: Эрика
Это ты идёшь вниз по Chalton Street?
Я жду, чтобы увидеть, как она достаёт мобильный из кармана пальто, читая сообщение и оглядываясь по сторонам в поиске меня. Я смеюсь, предполагая, что сейчас она объяснит всё ничего не понимающей подруге. Мы находимся на третьем этаже, поэтому я полностью уверен, что она не заметит меня.
От кого: Эрика
Кому: Найл
Да, с моей подругой Эллисон. Маньяк.
Я издаю смешок, быстро набирая ответ.
От кого: Найл
Кому: Эрика
Подожди, я сейчас.
Я забываю своё пальто, мчась по лестнице; на улице прохладно, но с каждым днём становится теплее, но в джемпере, в котором я сейчас, не совсем тепло. Я выхожу на улицу через боковую дверь и вижу, что девушки до сих пор ждут, обсуждая что-то между собой.
— Хей, Эрика! — я догоняю их, немного запыхавшись, неловко приобнимая Эрику.
— Хей, Найл. Что ты здесь делаешь? — она спрашивает, поправляя сумку.
— О, у нас репетиции перед началом тура в соседнем здании, у нас был небольшой перерыв, когда я увидел тебя из окна, — я улыбаюсь, замечая, как её подруга подталкивает Эрику.
— Хорошо. Найл, это моя лучшая подруга Эллисон. Эллисон, это Найл, — она знакомит нас, и мы обмениваемся рукопожатием.
— Приятно наконец-то встретиться с тобой, Найл, — она улыбается, и я уже могу сказать, что она более разговорчивая, чем моя подруга. Мне становится интересно, упоминала ли Эрика меня до того, как мы только что познакомились.
— Взаимно. Так, куда направляетесь? — спрашиваю, засунув руки в карманы.
— Мне нужно было взять кое-какие книги в Британской библиотеке для занятий, а Эллисон захотела мороженое, за которым мы сейчас и идём, — она сообщает мне. Я должен был знать, что Британская библиотека всего в нескольких кварталах отсюда.
— Хочешь присоединиться к нам? — Эллисон предлагает.
— Вы не против? — спрашиваю, на что Эрика просто улыбается, так что я следую за ними.
Мы приходим в тихое кафе, садясь за дальний столик, взяв каждому из нас по порции мороженого. Так я узнаю, что Эллисон работает ассистентом в начальной школе, решив пойти работать сразу после сдачи экзаменов. Уже поздний вечер вторника, так что я точно знаю, что Эрика была на занятиях сегодня.
— Как твои занятия сегодня, Эрика? — она, кажется, застряла в своём собственном мире и не обращает на меня внимание. — Эрика? — я машу ладонью перед её лицом.
— Ох, прости. Что ты сказал? — она переспрашивает.
— Как прошли твои занятия сегодня? — смеюсь.
— Ничего особенного. Как обычно, много лекций, но мои любимые месть и ненависть в истории Довременной Европы всё облегчают, — Эллисон, кажется, смирилась со всеми этими терминами, полагаю, что тысячу раз слышав их от Эрики, пока я не понимаю совершенно ничего.
— Что? — у них на самом деле есть такие темы?
— Речь идёт о преобразованиях в Европейском праве начиная с 500 и заканчивая 1600 годами. В то время семейные нормы, которые могли быть основаны на мести и ненависти, уступали по верховенству нормам королевской, муниципальной и церковной юстиции. Мы проходим кровные, судебные испытания и пытки. Это серьёзно очень актуально, мы обсудили сегодня Великую хартию вольностей и то, как она связана с переходом от суверенной власти к рентабельности и квалификации простых рабочих, — я могу заметить оживление на лице Эрики, пока я, наверняка, выгляжу ошарашенным, всё равно понятия не имея, о чём она говорит.
— А мы сегодня делали зонтики из салфеток, — Эллисон нарушает наше молчание, и мы все смеёмся.
— Мне нужно выйти, извините, — Эрика встаёт и направляется в сторону уборной.
— И как давно ты влюблён в Эрику? — Эллисон спрашивает, как только Эрика уходит.
— Я не влюблён в неё, — я стараюсь выглядеть серьёзным, пряча свою улыбку, поедая мороженое.
— Да ладно тебе, Найл, я встретила тебя только полчаса назад, но уже с точностью могу сказать, что ты влюблён в неё. Кто действительно будет есть мороженое в этот холодный день? И ты без пальто, и могу поспорить, что ты побежал к нам, как только увидел её в окне, — она берёт ложку мороженого и улыбается. — И ты не отрицаешь всего этого прямо сейчас, так что я точно знаю, что это правда.
— Она знает? — спрашиваю девушку.
— Эрика? — Эллисон закатывает глаза. — Серьёзно? Она слишком занята учёбой, чтобы видеть что-то ещё помимо своих книжек. Она слишком сосредоточена на них. И я не скажу ей, — она обещает мне. — Но ты должен признаться ей, — она соскребает остатки мороженого по дну своей пиалы, отодвигая уже пустую.
