— Ну, компания пришлёт тебе другую домработницу, которая будет прибирать здесь, не волнуйся, — это не тот ответ, что я ожидал.
— Нет, я имею в виду, что я буду делать, когда мы не сможем видеться? — говорю прежде, чем думаю. Мне снова становится плевать, как это звучит, ведь я буду скучать по ней.
— Ох, малыш Найл будет скучать по мне? — она дразнит, посмеиваясь.
— Ну да, мы давно дружим, и я, наверное, пропаду без тебя, когда буду приходить домой и не видеть тебя каждый день, — чувствую, что раскрываюсь сейчас насколько могу. Мне так хочется рассказать ей всё, но я не хочу делать этого по телефону.
— Думаю, всё будет прекрасно, Найл. Кроме того, мы уже обсуждали, что ты уезжаешь в тур в Штаты в августе и вернёшься не сразу. Ты постоянно путешествуешь, у тебя не будет времени скучать по мне, — она говорит, но сейчас-то я тоже на гастролях, устаю, но ничего, я до сих пор нахожу время, чтобы скучать по ней и мысленно желать о том, чтобы она была рядом, здесь, со мной. Это глупо, ведь она даже не моя девушка. Блять, она даже не знает, что я люблю её. — Хей, расскажи мне что-нибудь, Найл.
— Что-нибудь? — переспрашиваю, немного запутавшись.
— Да. Я устала и просто хочу заснуть под одеялом, расскажи мне какую-нибудь историю или сказку, — могу заметить движение, и, наконец, появляется чёткое изображение её лица; похоже, она подпёрла телефон второй подушкой или одеялом, установив напротив себя. Делаю глубокий вдох и сглатываю, внутри сильно желая улететь домой прямо сейчас, чтобы просто обниматься с ней.
— Ладно, — стараюсь вспомнить что-нибудь или придумать, и когда я вспоминаю, то начинаю смеяться. — Итак, когда я и Грег были маленькими, мы были в гостях у нашего папы, мои родители уже развелись к тому времени, и именно в тот момент мы жили с мамой, поэтому были у папы в гостях. В любом случае, отцу нужно было уходить на работу, так что наш дядя остался присмотреть за нами, но к нам присоединилась его девушка, что не понравилась нам с Грегом. Когда наш дядя зачем-то отошёл, то мы захотели пойти гулять на улицу, но эта женщина не разрешила нам, так что мы с Грегом вышли одни поиграть на улицу. В наказание мы решили запереть её в доме, но я вёл себя слишком громко, поэтому она услышала нас, прибежав к нам. Она была зла, так что Грег решил сбежать во двор, а она побежала за ним. Он просто начал бегать вокруг дома, пока я был внутри, наблюдая за ним и той женщиной в окно, смеясь. Я запер переднюю дверь, чтобы она не зашла, а Грег оторвался от неё, зайдя в дом через заднюю дверь, и мы заперли её тоже. Мы успешно закрылись в доме. Мы подумали, что это будет забавным, и хоть наш дядя так не считал, он достаточно долго смеялся, когда мы рассказали ему, что произошло. Это моё лучшее воспоминание вместе с Грегом, — смеюсь, обдумывая всё это.
Эрика начинает смеяться, она смеялась всю историю, пока я рассказывал, но её смех слишком милый.
— Боже, Найл, ты такой жестокий! — она смеётся.
— Это не так! Она была грубой с нами, мы просто хотели поиграть на улице, а она не разрешила, — защищаюсь, заставляя Эрику смеяться сильнее. — Твоя очередь рассказывать мне истории. Мне нужно поспать, — зеваю; уже почти четыре утра.
— Я не могу вспомнить какие-нибудь смешные истории. У меня нет брата или сестры, так что… — она замолкает; я забыл, что она единственный ребёнок.
— Тогда расскажи мне, — задумываюсь, — расскажи мне о своём отце, Эрика, — это рискованная тема; я знаю, что он умер, когда она была ребёнком, но она почти не говорит о нём.
— Я не помню своего отца, Найл, — вижу, что она закрывает лицо руками. Надеюсь, что она не плачет, потому что я бы почувствовал себя ужасно, если бы знал, что расстроил её. — Ну, я помню только одно, — она начинает. Если она собирается поделиться чем-то о своём отце, я готов выслушать. Я поправляю одело, полностью готовый слушать её голос. — Ну, папа умер, когда мне было пять, но я помню, как однажды мы с папой и мамой пошли на пляж. Моя мама сделала целую кучу фотографий в тот день, поэтому я помню об этом. Я была так взволнована тогда, потому что взяла с собой новое полотенце. Перед этим мама подарила мне пляжное полотенце с «My Little Pony», и я, кажется, была слишком рада этому. Мы просто пошли на пляж, папа привёз шезлонги, а у мамы был такой огромный зонт от солнца, какие обычно бывают. Мы с папой провели день, строя замки из песка на берегу, запуская змеев, играя с некоторыми чужими собаками, которые были также на пляже. Нам было так весело. Мама купила нам мороженое и даже почти не злилась, когда я испачкала им весь свой купальник. Я просто помню, как мне кажется, этот долгий путь обратно домой и когда папа взял меня на руки, отнеся меня в комнату, уложив спать. Он пел мне на ночь. Я до сих пор помню это, — она улыбается. — До сих пор помню, как он пах, — её голос дрожит. Я бы хотел быть сейчас возле неё.
— Чем он пах? — стараюсь заставить её говорить.
