Кристен просто фантастическая. Она занята учёбой, но всё равно находит немного времени для меня, что особенно хорошо, когда Хит уезжает. Он уехал уже через пару дней после моего приезда, так что я оставалась одна с Кристен, которая показала мне свои любимые места. Я познакомилась с некоторыми её друзьями, что прошло достаточно хорошо. Она была возле, когда Найл звонил мне в первый раз, и она буквально умоляла меня в надежде услышать его голос снова. Мы гуляли по Центральному парку в тот момент и она заставила меня рассказать ей всю историю.
Она поддержала меня, узнав историю полностью, и, несмотря на свой миловидный облик, у неё настоящий нрав Нью-Йорка. Я видела, когда она хлопала по капоту, когда на нас чуть не наехала машина, как кричала на людей, пререкаясь с ними за «косой» взгляд в её сторону. Она даже не взбесилась, когда узнала, что главный герой моей личной драмы — Найл Хоран. Как оказалось, ранее Хит уже говорил ей про то, что я работала на Найла, так что её внутренняя девочка-фанатка была готова к этому.
Я вижу, что ещё несколько человек присоединяются ко мне в коридоре. Я не слишком переживаю из-за того, что занятия начинаются в июле, здесь так тепло, солнечно, как правило, каждый день, что несмотря на небоскрёбы даже в тени чувствуется это тепло.
Я вижу низкую, пожилую женщину, идущую по коридору с руками, полными бумаг, как она достаёт ключи, возясь с ними, открывая дверь и включая свет, позволяя всем нам войти в аудиторию. По крайней мере, здесь большие окна и всё, что происходит на улице, видно. Я уже автоматически люблю это помещение, когда женщина оставляет все вещи на столе, проходя к окнам и открывая два из них, позволяя свежему воздуху наполнить помещение.
Ещё несколько человек заходят в класс, занимая места. Никогда не знаю, какое именно место занять. Не хочу сидеть на первом ряду, поэтому занимаю место по середине второго ряда. Я достаю из сумки тетради и карандаши, убирая сумку и, положив ногу на ногу, убеждаюсь в последний раз, что готова, ставя телефон на беззвучный режим. Я не хочу, чтобы что-то отвлекало меня во время занятия, это будет довольно неудобно, и я не хочу плохой характеристики.
Заходит ещё несколько человек, и наш преподаватель смотрит на часы, выглядя немного нервной, но, как я думаю, это из-за её возраста.
Она прочищает горло и все затихают. Я не особо рассматриваю присутствующих, у меня будет ещё четыре недели, чтобы познакомиться с ними.
— Доброе утро. Добро пожаловать на занятия по сохранению документов. Я Доктор Елена Соренсен, это мой десятый год в преподавания в Нью-Йоркском университете, шестой год летних стажировок. Я родом из Дании, но проживаю в Соединённых Штатах с тех пор, как мне стукнуло двадцать пять, так что, как вы можете подсчитать, это довольно долгое время. Я обучалась в университете Копенгагена, продолжила в Оксфордском университете и получила степень доктора философии в Стэнфорде. Я проработала двадцать пять лет в Вашингтоне, в музее американской истории. Я одна из немногих, кто может сказать, что прикасался к оригиналам Декларации о Независимости, Великой хартии вольностей, «Запискам Федералиста», прокламации об освобождении рабов, патенту на лампочку Эдисона, документу о продаже Аляски и к многому другому. Я отношусь к этим занятиям очень серьёзно, и если вы разделяете эту серьёзность, уверена, что мы поладим.
Некоторые её слова пугающие сами по себе. Она прикасалась к вещам, созданными века назад, конечно, не голыми руками, так как потовые железы способны уничтожить документы. Усаживаюсь поудобнее, чувствуя, что если она начнёт рассказывать про свою работу в музее, я готова слушать её часами.
Часы проходят быстро, и она отпускает нас на небольшой перерыв. Мы просто обговорили учебный план, представились друг другу и получили некоторые материалы для изучения. Взглянув на часы, замечаю, что уже одиннадцать, что означает, что до конца осталось три часа. Я удивлена, что не заскучала за всё это время.
Я встаю, чтобы немного размяться, взяв руки в телефон и заметив, что Найл написал мне. Я просто не могу игнорировать его. Я снимаю блок, думая о том, что, скорее всего, европейская часть их тура вот-вот закончится, если уже не закончилась.
От кого: Найл
Кому: Эрика
Киндер-сюрприз яйцо!
Я тихо смеюсь, замечая прикреплённую фотографию; эта сладость была запрещена в Штатах из-за игрушек внутри, и я честно могу признать, что скучаю по ним. Не отвечаю, убирая телефон обратно в боковой карман, присоединяясь к некоторым из моих однокурсников в коридор. Спина немного устала, но, по крайней мере, здесь хорошие стулья, а не жёсткие деревянные.
Вижу, как некоторые люди собрались в небольшие группки, общаясь между собой. Для третьего курса университета эта стажировка обязательна, так что я уверена, что некоторые знают друг друга. Я прислоняюсь к стене, когда кто-то подходит ко мне. Я замечала, что этот парень сидит где-то позади меня, но не разговаривала с ним.
— Привет, — он облокачивается к стене возле меня.
