– Ты моя, уже моя. Поняла? – шептал он ей. – Телом моя, а его из сердца вырву. Нет его, и в живых – то нет. А тебе деваться не куда. Я буду приходить к тебе каждый день и иметь когда захочу. А ты кричи, кричи, не услышат. Да если и услышат, подумают, что муж жену учит. У тебя собственно и выбора нет. Лишь один выход – это замуж за меня пойти, жить со мной и тогда у тебя всё будет…
Затем Вершинин, застёгивал брюки, заправил рубашку. Лена, свернувшись калачиком, тихо плакала.
– Какой же ты «подлец». Я тебе доверяла, родители мои верили, а ты…
– Что тебе ещё надо? Замуж предлагаю, ребёнка воспитывать стану как своего. Не вернётся Пашка! не вер-нё-тся! Ты русский язык понимаешь? Как тебе ещё объяснить? Иди ужин готовь, проголодался я, а завтра на работу. Давай, давай вставай, не строй из себя девочку целочку.
СВАДЬБА.
Алексей и Игорь беседовали в аллее парка, стоял солнечный мартовский день, журчали ручьи. Пряча под мышкой кожаный портфель, Алексей продолжил.
– Я женюсь, вот решил тебя пригласить в качестве свидетеля.
– Кто невеста? Я её знаю?
– Конечно, Лена Прокофьева.
– Не понял, она же девушка Павла?
– Была его девушкой, а станет моей женой. Всё решено, у нас и ребёнок скоро будет.
– Ты знаешь, что Павел постоянно о ней спрашивает в письмах, я теперь не буду знать, что ему ответить.
– Так придёшь или нет?
– Ты извини, но мой ответ нет. Он же мой друг, а ей в глаза смотреть, радоваться за Вас?
– А почему бы и не порадоваться? Ленка здесь должна жить, а не бомжевать с кем попало. Не для него в саду ягодка росла, и Пашка должен теперь понять, раз обстоятельства поменялись. Ленка сама пришла к этому и у нас обоюдное желание. Ну что ж, был у меня друг, а теперь нет. Прощай.
– Алексей, не делай этого! Лучше помоги им сойтись, счастье на несчастье не построишь.
– Всё. Разговор окончен! – Алексей махнул рукой и удалился.
Лена сидела в квартире Вершининых, в комнате, выделенных для молодой бедующей семьи. Она была под присмотром. По телефону говорить запрещалось, на улице гулять не разрешалось. Единственной отдушиной было смотреть в окно видом во двор, где находилась детская площадка. У качелей каждый вечер стоял молодой человек и будто бы смотрел в окно квартиры Вершининых. Вечером, оставшись наедине с Алексеем, спросила:
– Лёша, скажи, а как зовут того молодого человека с которым я тебя видела, тогда, летом, на лавочке. Я знаю, что он тоже из нашего двора.
Алексей отложил вилку в сторону, кашлянул:
– Так, что ему надо?
–Да так, каждый вечер вижу его на детской площадке. Там где качели скрипят. Ты его на свадьбу пригласил?
– Во – первых, наша с тобой свадьба, Лена, это небольшое событие, на которое соберутся только близкие люди. Твои родители не в счёт, по особым нам известным причинам. Отмечать будем у нас в квартире, сама видишь, просторная.
– А потом, мне можно будет гулять? Я не куда не сбегу, в моём – то положении.
– Как поженимся, переедим в другой район. Вот там и будешь гулять с малышом. Да, кстати, завтра привезут свадебное платье и родителям я твоим от звонился, сказал, что мы женимся. Ладно, всё, устал. Пошли спать.
– Можно я потом подойду, посуду помою?
– Я сказал, пошли спать вместе, привыкай.
Свадебный лимузин остановился у подъезда дома. Из него вышли молодожёны, красивая пара. У невесты так универсально было подобрано, пошито платье, что никто бы и не догадался о её интересном положении. Постоянно подбегал фотограф. Вышли приглашённые гости из подъезжающих машин, у входа в дом хлебом и с солью встречали родственники. Неожиданно, из толпы, пока Алексей приветливо улыбался гостям, к Лене подошёл тот парень, с детской площадки и вручил ей в ладонь сложенный в несколько раз лист бумаги.
– Лена, спрячь, не показывай Алексею, – и исчез в толпе.
– Ты опять грустишь? А ну улыбаться гостям. Мы счастливая пара. Держи букет и пошли в дом.
Теперь Лена была замужем. На безымянном пальце правой руки красовалось золотое обручальное кольцо.
За свадебным столом к вечеру гости захмелели и принялись танцевать. При наличии открытых окон, стало жарко, Лена почувствовала себя не хорошо. Просто встала и ушла в свою комнату, Алексей проводил взглядом.
В комнате, при свете настольной лампы, Лена развернула бумагу и прочла. Из глаз полились слёзы. Письмо было написано Павлом. Дата указана двумя неделями ранее.
« Здравствуй Игорь. Я жив, здоров, устроился на работу. Даже жильём обзавёлся. Стал появляться небольшой доход, задумываюсь об отдельном жилье, при условии, если со мной будет жить мною любимый человек, Лена. Ты не знаешь всё-таки, где она? Если с родителями, можно ли как-нибудь пробить адресок, спроси у Алёшки, он вроде как дружен с Прокофьевыми. Я очень, очень виноват перед ней, заставил сделать аборт. Но ведь такая ситуация сложилась, зачем я ей бомж такой нужен был. Если ты её встретишь, как-нибудь невзначай, передай, что я люблю её, адрес мой. Алёшка не отвечает, ведёт себя как последняя сволочь…
В комнату вошёл Алексей.
– Что читаешь?
Подбежал к ней и выхватил конверт.
– Откуда он у тебя? Игорь передал?
