– А я смотрю, стоит! Неужели, думаю, моя старая знакомая! – и через торжественную секунду молчания, – Нина, здравствуй!
– Здравствуйте! – проговорила Нина. И вместо того, что надеть снятую перчатку, стянула с себя и другую.
В Нининой голове, всё еще пребывающей в затуманенном, тяжелом состоянии, которое уже отступало, завертелся процесс вспоминания.
– Не узнаешь? – немного притаив улыбку, проговорила женщина в сером пальто и под цвет ему теплой серой шляпе.
– Марта Андреевна, – словно этого не могло быть, произнесла Нина. Она достаточно быстро вспомнила женщину, с которой не так давно случайно познакомилась. А теперь что? Вторая случайная встреча?
– Как твои дела? – словно бы много лет были знакомы, поинтересовалась Марта Андреевна.
– Хорошо, – не задумываясь, ответила Нина и тут же припомнила, что при первой их встрече, она чувствовала себя неважно. И именно опираясь на прошлый раз и был задан этот вопрос.
– А у Вас? – больше из вежливости, чем из-за каких-либо других побуждений, поинтересовалась Нина.
– Вчера давление было низкое. Никак не могла ничего делать. Хорошо Дима – это мой племянник, был вчера у меня в гостях. Хотя, знаешь, тоже прямо нехорошо. Я на диване лежу, а он кашу мне варит. Честное слово, нехорошо. Отняла человека от семьи на выходные.
– А за таблетками заходила. Что-то голова разболелась, – зачем-то сказала Нина и почувствовала себя не то чтобы неловко, а как-то странно и непривычно, может быть даже слегка по-детски глуповато, – наверное, не выспалась, – совершенно ни к месту, так как спала она хорошо, и чувствовала себя отдохнувшей, произнесла Нина.
А со стороны Нине вообще казалось, что она и этот диалог с интеллигентной женщиной, выглядят довольно нелепо и даже смешно. Ну, какая честное слово больная голова и тут же кашевар-племянник Дима.
– Напряженная работа, много суеты, – неясно отозвалась Марта Андреевна.
– Да уж ладно. Ерунда, – отмахнулась Нина от всего: и от суеты и от головы. Она всем своим видом ясно дала понять, что всё эта напряженность и бесконечная суета больше выдуманы, чем есть на самом деле.
– Да и то верно. Это всё ерунда. Ой!.. – как-то нехорошо вздохнула Марта Андреевна, прищурила глаза и попыталась взглядом найти, за чтобы можно было ухватиться рукой.
Нина, испугавшись, подхватила женщину под руку.
– Что с Вами? Марта Андреевна! Вы меня пугаете, – всё, что пришло на ум, выговорила Нина.
– Ничего, Ниночка… Ничего. Уже лучше, – Марта Андреевна собралась с силами и более уверенно, стараясь освободиться от Нининой поддержки, быстро заговорила, – это всё давление. Еще никак не нормализуется. Погода скачет туда сюда. То мороз, то метель. Сейчас вот только и жди, когда начнет всё подтаивать. Нина, можно тебя попросить?
– Да? – вопросом ответила Нина.
– Ты не могла бы купить мне вот эти лекарства. А я бы пока постояла и немного подышала.
Марта Андреевна достала из сумочки небольшой клочок бумаги и уверенно протянула его Нине.
– Сейчас, подожди, я тебе денежку дам, – молния на кошелке разъехалась и быстро закрылась, – этого хватит. Лекарства не особо дорогие. Вот эти и эти, – Марта Андреевна ткнула пальцем в список, – купи по две упаковки.
– Хорошо, – ответила Нина и забрала протянутую ей тысячу.
Очередь в аптеке, что была позади Нины, когда она покупала таблетки, теперь оказалась впереди. Теперь Нина стояла сзади все этих людей. Но несколько человек уже закупилисьлекарствами и ушли из аптеки. Оставался молодой человек уже что-то достаточно тихо говоривший девушке-фармацевту и сердитая женщина в длинной, ниже колен, зимней куртке-плаще. Оттаких граждан, всегда инстинктивно, делаешь шаг назад. Отталкивают они от себя своим недружелюбным, а порою и агрессивным видом.
На удивление Нины, парень простоял у окошечка довольно долго и всё о чем-то в полголоса разговаривал с девушкой. Женщина в куртке-плаще становилась всё мрачнее и сердитее. И то ли парень уже взял, что ему нужно было, то ли почуяв недобрый взгляд в спину, решил наконец-таки выйти из очереди. Еще чуть-чуть и женщина начала бы шумно высказывать свои недовольства – это Нина ясно прочитала по ее негодующему выражению лица. Но Нина была больше занята своими мыслями и не поняла потому, что парень у окошечка не нуждался ни в каких лекарствах, а с привеликим наслаждением придавался разговору с девушкой-фармацевтом. Сердитая женщина от того и была сердитая, что у нее вызвала естественное возмущение эта ситуация. Просто безобразие, что твориться вокруг!
Но безобразие не могло продолжаться вечно. Парень, о чем-то договорившись с девушкой, но, явно не наговорившись с ней, ушел. Женщина, переполненная, еле сдерживаемым возмущением, с ярко читаемым на лице презрением к девушке, купила упаковку таблеток, бинт, йод и высоко подняв голову, ушла. Нине пришлось посторониться, иначе бы воинственно настроенная женщина, нечаянно задев Нину, на сей раз не стала бы себя сдерживать и, скандал разразился бы на всю аптеку.
