— Вы хотите сказать, что еретики могут прекратить всю нашу поддержку джихада? — Лейнир выглядел и говорил в сильном потрясении, и Тирск не винил его.
— Вероятно, не полностью, ваше преосвященство, — сказал граф почти с сочувствием. — Во-первых, ширина прохода Матиу — это никак не меньше чем двести миль. Если уж на то пошло, канал Тросэн имеет ширину более трехсот миль, и у еретиков явно нет неограниченного запаса этих вещей. Какими бы быстрыми и мощно вооруженными они ни были, каждый из них все равно может покрыть только один круг морской воды не более пятнадцати-двадцати миль в поперечнике. Их мачты недостаточно высоки, чтобы они могли видеть гораздо дальше, если вообще могли видеть дальше этого. На самом деле, я был бы удивлен, если бы они могли видеть на двадцать миль даже при идеальной погоде. Это ограничивает их способность обнаруживать цели. Кроме того, дым из их печей, вероятно, будет виден парусному судну задолго до того, как они увидят верхнюю площадку парусного судна. Корабль не должен быть быстрее, чем они, чтобы избежать их, если он может изменить курс и просто избежать их, даже не будучи замеченным. — Граф покачал головой. — Нет, ваше преосвященство. Реальная угроза, которую они представляли бы на острове Тров, заключалась бы в том, что они фактически лишили бы нас возможности вернуть остров или лишить их обычные легкие крейсера их передовой базы.
— И что удержит их от… передвижения с этого острова в какое-нибудь место поближе к Горэту? — спросил Лейнир. — Например, на острова Дрэгон или Лизард?
— В настоящее время не так много, ваше преосвященство, — непоколебимо ответил Тирск, с удивленным чувством уважения к вопросу. Похоже, у Лейнира действительно было богатое воображение… когда он решил включить его. — Мне жаль, но я бы нарушил свой долг, если бы предложил что-то еще. Военно-морской флот готов сделать все возможное, чтобы защитить острова, но правда в том, что нам будет отчаянно трудно просто защитить основные порты королевства.
— Значит, ты думаешь, что сможешь их защитить?
— Мы, конечно, намерены попытаться, ваше преосвященство. — Тирск оскалил зубы.
— Правда? Как?
— Мы находимся в процессе установки как можно большего количества «сверхтяжелых» орудий Фалтина в наших батареях портовой обороны. Самое мощное из них будет стрелять сплошным двенадцатидюймовым ядром, хотя мне обещали пятнадцатидюймовое орудие. Однако, даже если Сент-Килман действительно сможет доставить пятнадцатидюймовую пушку, они не смогут предоставить ее в ближайшее время, особенно если еретикам удастся перерезать судоходные пути через Тэншарский залив. Однако у нас уже есть довольно много двенадцатидюймовых орудий. Большинство из них доларского производства — боюсь, предлагаемые пятнадцатидюймовые машины превышают наши нынешние возможности, вот почему мы полагались на Сент-Килман, чтобы доставить их нам, — и приписанные к флоту литейные заводы с аварийной скоростью производят их еще больше. Мы отдали приоритет их установке в укреплениях залива Горэт, и по мере того, как их станет больше, мы разместим как можно больше в других крупных портах. Мое собственное предпочтение состояло бы в том, чтобы как можно плотнее охватить несколько портов, наиболее важных, а не распространять их мелкими пакетами по десятой части марки. Чтобы быть эффективным, их огонь должен быть сосредоточенным, а не рассеянным, потому что, несмотря на то, что они бьют чертовски мощно, если вы простите за выражение, они индивидуально стреляют медленно.
Лейнир понимающе кивнул, и Тирск пожал плечами.
— В дополнение к артиллерии лейтенант Жуэйгейр адаптировал новые ракеты для вооружения обороны гавани. У нас не будет реального способа измерить их эффективность, пока у нас не появится шанс выстрелить из них в еретиков, но они предназначены для атаки под очень крутым углом — таким крутым, какой может обеспечить любая угловая пушка, — и они будут нести тяжелые «боеголовки», если использовать терминологию брата Линкина. Их траектория означает, что они будут нацелены на палубы броненосцев, которые должны быть защищены слабее, чем их боковая броня, и они будут поражать как очень тяжелые снаряды. Почти как ядро, на самом деле; лейтенант разработал совершенно новую «боеголовку». Она такая тяжелая, что значительно уменьшает дальность стрельбы, но она основана на «бронебойных» снарядах, которые мы нашли в оружейных погребах «Дреднота.»
— Хорошо. Я это понимаю.
