– «А вы только сейчас это заметили? Лучше объясните мне, почему человек с таким образованием состоит в отношениях с кем-то вроде неё?»
– «О! Она – очень интересный случай. Орден Одарённых поработал над её сознанием…»
– «Не думаю, что до этого она блистала интеллектом».
– «Ах, ты об этом…»
Доктор, склонив голову, задумчиво посмотрел на племянницу.
– «Я могу ошибаться, но, по-моему, он выбрал её не за интеллект…»
– «Ну да… Пустая голова даёт огромное преимущество при фелляции…»
Презрительно скривившись, она снова вернулась к книгам. Закончив разбирать, Лисса взяла стопку книг и поставила их в библиотечный шкаф. Доктор подняв голову, мазнул глазами по корешкам и опустил было глаза обратно к своём чтению, но встрепенувшись, ещё раз посмотрел внимательнее.
– «Лисса – что ты туда поставила!»
– «Всякие романы, дубликаты того, что у меня уже есть – в общем, все что не нужно.»
– ««Правдивое и полное описание долгого и опасного путешествия по Залесью и окрестностям» маркиза де Куртуазье ты зачем туда поставила?»
– «А что с ним не так?»
Доктор встал, взяв книгу открыл наугад и зачитал отрывок:
– «Особое внимание в Залесье привлекает единодушное и молчаливое презрение ко всему выдающемуся, всему, что хоть немного возвышается над серым и грязным фоном залесского общества. Все одеты одинаково, дамы носят одинаковые платья и все господа облачены в одинаковые сюртуки или военную униформу. И только немногие достойные люди выделяются на этом фоне платьем, скроенным по лионисийскому фасону, и за это мужественно подвергаются шквалам грязных пересудов и разговоров и осуждения обществом. Очень редкий залесец готов принять на себя бремя свободы и независимого взгляда на залесскую жизнь, а в свободной печати таких и вовсе нет. Отдельного слова заслуживает черная залесская цензура, которая душит в зародыше любые проявления свободомыслия в печати и прессе, а временами цензурирует даже частную переписку! Вот, например, мой большой друг, офицер Н., чьё имя я естественно не буду оглашать, во избежание его увольнения, а может быть, даже и казни (sic!) отправил мне из расположения своей части невинное письмо с описанием местной природы и своего нехитрого военного быта. И представляете, конверт был вскрыт и все, практически все, слова были залиты чернилами! Разве можно такое представить в Гюйоне? Сотни моих дружеских писем дамам доходили в целости и сохранности, как и ответы на них!»
– «И что?»
– «Господин Капитан – залесец! Как ты думаешь – ему понравится такое?»
– «Позвольте…» – оторвавшись от Барабашки, Старпом подошёл и попросив книгу пролистал, – «Слышал о ней, но никогда не читал. Даже не особо лояльные к Залесью люди говорили, что маркиз слегка перегнул палку.»
Пролистнув он зачитал ещё:
– «Само название «залессцы» произошло от древнефессалийского «залос», что означает «раб». Некогда свободный народ столько столетий подвергался завоеваниям многочисленных орд и угнетению со стороны своих мелких продажных князьков, что рабство и привычка к беспрекословной покорности вошла в плоть и кровь этого многострадального и жалкого народа. На любое указание мало-мальски значимого начальства залесец отвечает покорным кивком и потупив взор бездумно идёт выполнять сказанное. Отсутствие инициативы и мелочное раболепство являются неотъемлемыми чертами характера каждого залессца, что особенно проявляется во время бесчисленных войн непрерывно ведущихся этим варварским государством, во время которых огромные массы нерассуждающих солдат сгорают в пламени бездумных приказов. Даже самые стойкие генералы Форбурга в войнах за наследство Аламенко не выдерживали ужасов кровавой бойни и в отвращении бросали своё оружие, не желая заниматься убийством бессловесного, никак не заканчивающегося стада. После чего, хоть и отлично выученные и вооружённые, но малочисленные железные форбургские отряды, были буквально затоптаны толпами ещё оставшихся в живых залессцев, сжимающих в руках лопаты, косы и коряги и буквально вдесятером разрывающих доблестных форбургских рыцарей живьём на клочки. Только этой массовой и нерассуждающей самоубийственной стратегией и объясняются все «победы» залессцев. «Мамки новых нарожают!» – этот девиз навечно вошёл во все уставы и наставления залесских генералов.»
Они с Доктором переглянулись.
– «Нда… Лучше её убрать подальше…»
В кают-кампанию вихрем ворвался Капитан.
– А чё у всех рожи такие хитрые? С книгами закончили?
– Йа… – кивнул Доктор, – Почти есть закончить…
– Это хорошо! А то я этого щербета натрескался и совсем забыл что у меня от него с желудком бывает! О! Вот эту давай! Ты всегда самое интересное выбираешь – я знаю!
Капитан выхватил у Старпома книгу и полным ходом рванул в сторону гальюна. Капитан и Доктор сперва посмотрели ему вслед, потом на Лиссу, которая с лишенным эмоций лицом развела руками.
– Ну по крайней мере, он будет там один и сразу никого не убъет…»
– Йа… Я есть даже боюсь представляйт, какой будет реакций…
– Дядя – можно просьбу… – поморщилась Лисса, – Не разговаривай при мне на ислас. Акцент у тебя просто жуткий.
