– Залесье… – Валент замолчал, раздумывая, потом согласно кивнул, – Да, наставник, мы могли упустить заговор в масштабах континента… Проклятье… Но ведь всех последователей «Князя Огненного» уничтожили ещё во времена Древней Империи?
– «Князь Огненный», это не секта, культ или тайное общество, – грустно улыбнулся Аргус, – Это идея. Она бродит в умах и принимает разные формы. Но суть одна – месть. «Огонь – это палач и зверь, ваш голос и ваш гнев, кинжал раба и доспех нищего. Пожирающий посевы хозяев, их дома, их храмы и их жизни. Стоящий дёшево но берущий дорогую цену. Это сила бессильных. Огнем воздай им за свою кровь. Огнем воздай им за свой пот. Огнем воздай им за свои слезы. Славься Князь Огненный и воздай им за нас.»
Не всякий может позволить себе меч. Не всякий может защитить себя. Но любой может взять огонь и сжечь то что ему ненавистно. Сперва в прямом смысле – доведенный до отчаяния раб брал факел и поджигал хозяйство жестокого хозяина. Его примеру следовали другие, и потери были столь велики что имперское жречество придумало то что мы сейчас зовем «Литания укрощения огня». Однако это не помогло – нельзя убить идею не искоренив почву для неё. В ход пошли яд, нож, удавка. Когда вокруг много тех кому нечего терять, то мысль умереть унеся с собой мучителей, идея дающая право убить то, что ты считаешь злом, умереть сделав перед этим мир лучше – опасна. И очень привлекательна. До сих пор.
– Тут я с вами согласен, наставник – идеи заменить справедливость Его на самосуд и бунт сейчас популярны как никогда. Однако при чем тут, тогда, этот «Феникс»? Не логичнее ли предположить что это просто преступники-одиночки которые подражают ложным кумирам и пытаются копировать их повадки? Отсюда и схожесть почерков.
– Вы недооцениваете ум Инспектора. Подражателей он бы выявил. Так что если это действительно одиночка, то меня данный факт пугает.
– Почему, наставник?
– Не бери в голову. Давай сперва все как следует выясним. Надо найти все что сможем на упомянутого Чойса и пусть сестра Ливия использует Дар чтобы найти его. У меня есть план.
…
Майор Коваль вышел из служебного вагона и огляделся. К нему, через толпу пассажиров и встречающих, уже протискивался молодой паренёк в шоферской спецовке и кепке из под которой выбивались непослушные кудри. Махнув ему, Коваль выбрался из толпы к лавочкам.
– Здрасьте, товарищ Майор! А я вас уже заждался!
– Заждались? – Коваль посмотрел на часы, – Вроде поезд пришел по расписанию?
– Это да, но дело ответственное, так что я пораньше приехал. Мало ли! Я – Гриша.
– Коваль Сергей Захарович – очень приятно. Так насколько вы раньше приехали?
– Да за час!
– Ничего себе… Ваша инициатива или начальство так за меня переживает?
– Моя… Встал в шесть, поезд приходит в восемь. Умылся, побрился, позавтракал, машину проверил, а все равно ещё час ждать. Вот и решил подъехать пораньше, с людьми поболтать – всяко веселее чем по квартире круги наматывать.
Махнув рукой он повёл Майора через здание вокзала на стоянку по пути гордо рассказывая что здание совсем новое – построено пять лет назад и лучшего вокзала пожалуй даже в столице не отыщешь.
Это было, отчасти даже верно – если до войны тут в авральном режиме строили флотские объекты, то после началось бурное развитие гражданского строительства. Новый вокзал был в числе тех вещей в которых Долгоморск нуждался больше всего – количество приезжающих каждый год увеличивалось, поэтому маленький Старый Вокзал оставили для пригородных поездов а за ним, практически в чистом поле, за несколько лет вырос Новый Вокзал – монументальное здание с колоннами, крытыми перронами, гранитными лестницами и просторным залом ожидания. На одной из его стен располагалась главная гордость местных железнодорожников: огромная карта-мозаика увенчанная перекидным табло с названиями приходящих и отбывающих поездов чей маршрут подсвечивался на карте лампочками. Под картой, смущённо потирая шишки, стояло двое приезжих которые засмотревшись на это чудо техники столкнулись лбами.
В противоположном конце зала был небольшой музей железной дороги. Десяток чигизов в пестрых халатах возглавляемые седобородым аксакалом бродили между экспонатами с почтением слушая как старец что-то рассказывает периодически поднимая вверх узловатый палец дабы подчеркнуть важность сказанного.
Их жены, оставленные присматривать за детьми и вещами, столпились вокруг питьевого фонтанчика – сказывалась, видимо, традиция по которой источник воды служил в их местах «женским клубом» возле которого собирались чтобы поболтать и посплетничать.
Пройдя через зал и выйдя в широко распахнутые по случаю жары двери Коваль с сопровождающим оказались в раскинувшемся перед вокзалом «Парке Железнодорожников». Через весь парк вела широкая аллея с обязательным памятником из списанного паровоза вторым концом упиравшаяся в трамвайное кольцо.
