Пока готовился ужин, Адам сидел молча, уставившись в пространство. Он понимал, что без помощи Ли не обойтись, пусть даже в качестве слушателя. Даже его безмолвное участие поможет навести порядок в мыслях.
Тем временем Кэл повел брата в каретный сарай, где возвышался «форд». Открыв дверцу, Кэл уселся за руль.
– Давай залезай ко мне! – предложил он Арону.
– Отец велел держаться подальше от машины, – запротестовал Арон.
– Да он и не узнает. Давай залезай!
Арон, робея, забрался в автомобиль и откинулся на спинку сиденья, а Кэл принялся крутить руль.
– Ду-ду-ду! – крикнул он, а потом обратился к брату: – Знаешь, что я думаю? По-моему, дядя Чарльз был богатым.
– Да нет же.
– Спорим на что хочешь.
– По-твоему, отец солгал.
– Я этого не говорил. Просто считаю, что дядя был богачом. – Некоторое время мальчики сидели молча. Кэл остервенело крутил руль, гоня автомобиль по воображаемой извилистой дороге. – Спорим, я это узнаю, – нарушил он молчание.
– И как тебе это удастся?
– А на что споришь?
– Да ни на что, – сказал Арон.
– А давай на твой свисток из оленьей кости. Ставлю большой стеклянный шарик против твоего свистка, что сразу после ужина нас отправят спать. Ну что, идет?
– Ладно, давай, – неуверенно согласился Арон. – Только с чего нас так рано отправлять спать?
– Отцу захочется поговорить с Ли, а я пойду и подслушаю.
– Не посмеешь.
– Так уж и не посмею?
– А что, если я расскажу?
Лицо Кэла помрачнело, а глаза сделались холодными. Он наклонился к брату и зашептал в самое ухо:
– Не расскажешь. Только попробуй, и тогда я скажу отцу, кто украл его ножик.
– Никто не крал. Нож у отца. Он сегодня открывал им конверт.
– А я говорю про завтрашний день, – коварно усмехнулся Кэл. И Арон понял, что имеет в виду брат, и теперь он ничего не сможет рассказать отцу или что-то предпринять. Кэл полностью себя обезопасил.
Заметив на лице Арона смятение и беспомощность, Кэл в очередной раз ощутил свою силу, и это доставило радость. Он всегда перехитрит брата, собьет с толку. Кэлу уже начало казаться, что это же можно проделать и с отцом. А вот с Ли его фокусы не срабатывают. Уравновешенный ум китайца без труда обгоняет Кэла и ждет впереди, спокойный и понимающий, чтобы в последний момент тихо предостеречь: «Так делать не надо». Кэл испытывал к Ли уважение и немного побаивался китайца. А Арон с его беспомощностью был мягкой, податливой глиной в руках брата. И вдруг сердце Кэла наполнилось любовью к брату, и захотелось защитить это слабое существо. Он обнял одной рукой Арона за плечи.
Арон не отстранился, но и не приник к брату. Слегка отодвинувшись, он посмотрел Кэлу в лицо.
– Что ты уставился? – не понял Кэл. – Может, у меня на голове трава выросла вместо волос?
– Не понимаю, чего ты добиваешься.
– Ты о чем? Что я такого сделал?
– Я про твои вечные увертки да пакости. Все-то тебе хочется схитрить.
– Какие еще пакости?
– Ну, взять хотя бы историю с кроликом или вот сейчас: забрался без спроса в машину. И Абре чего-то наплел. Не знаю, что ты сказал, но коробку она выбросила по твоей милости.
– Ха! – смутился Кэл. – А тебе не хочется узнать?
– Нет, но мне хотелось бы понять, зачем ты так поступаешь, – задумчиво сказал Арон. – Все время что-нибудь затеваешь, а с какой целью? Что за удовольствие?
Сердце Кэла пронзила острая боль, все козни и хитросплетения показались вдруг подлыми и жалкими. Оказывается, Арон его разгадал, и Кэл, растерявшись, затосковал по любви брата, чувствуя себя никчемным и неудовлетворенным. Как справиться с новыми ощущениями, он не знал.
Арон открыл дверцу «форда» и, спрыгнув на землю, пошел прочь из каретного сарая. Какое-то время Кэл старательно крутил руль, воображая, что гонит автомобиль по трассе, но это занятие стало неинтересным, и вскоре он последовал за братом в дом.
После ужина, когда Ли перемыл всю посуду, Адам обратился к сыновьям:
– Пожалуй, ребята, вам пора спать. День сегодня выдался тяжелый.
Арон бросил быстрый взгляд в сторону брата и медленно извлек из кармана костяной свисток.
– Мне он не нужен, – заявил Кэл.
– Он твой. Бери, – настаивал Арон.
– Не возьму.
Арон положил свисток на стол:
– Я оставлю свисток здесь. Возьмешь, когда захочешь.
– О чем спор, ребята? – вмешался Адам. – Я же сказал: отправляйтесь спать.
– Но почему? Еще ведь очень рано. – Кэл состроил трогательную рожицу.
– Что ж, я немного слукавил, – признался Адам. – Просто хочу переговорить с Ли с глазу на глаз. Уже темнеет, и на улицу отправить вас нельзя, а потому ступайте спать. Или хотя бы просто посидите в своей комнате. Понятно?
– Да, отец, – дружно откликнулись мальчики и последовали за Ли в дальнюю часть дома, где находилась их спальня.
Переодевшись в ночные рубашки, они пришли пожелать отцу спокойной ночи.
Вернувшись в гостиную, Ли плотно закрыл дверь в коридор, взял со стола свисток, повертел в руках и вернул на прежнее место.
– Интересно, что стало предметом спора, – задумчиво сказал китаец.
– Ты о чем, Ли?
– Перед ужином ребята о чем-то поспорили, Арон проиграл и пожелал рассчитаться. О чем мы говорили за столом?
– Я только помню, что отправил их спать.
