- Положитесь на меня. Я хочу помочь вам в этой выходке, чтобы порадовать нашу подругу и не хочу проиграть.
- Хорошо.
Мортимер попрощался с ним и подумал, что посол ничего ему не сообщил, заподозрив, что тот распространится о так называемой выходке. Это уязвило самолюбие Мортимера, но он смирился, в надежде, что все получится.
Рюрик закрылся в кабинете. Снова он вытащил из комода портфель и уже пожелтевшее письмо со времен случившейся ссоры, где его друг отвечал на просьбу Рюрика сообщить о кабальеро де Раузан.
Рюрик читал письмо. Оно гласило:
«Хосе Уго де Раузан, или неотразимый кабальеро, человек не сколько красивый, сколько мужественный, с красотой математических пропорций. Он очень талантлив, разносторонних знаний, говорит глубокомысленно и уместно. Его речь гладкая и острая, утонченная и изящная. Его логический метод подобен притчам Христа и поражает сравнениями. Искусный наблюдатель, он обычно молчит, но победоносно может отстаивать свое мнение. У него презрительная, обескураживающая улыбка и хладнокровная отвага наивысшего порядка. Он пленяет людей, не используя внушение. Женщины говорят о странности этого человека, а мужчины ненавидят и боятся его. Из гордости он старается делать только правильно, выставляя напоказ одно и скрывая другое. Намеренно он притворяется непонятным нелюдимом, утомленным человеком-загадкой. Хотя в нем нет огня, но он очень опасен для дам, потому что по прошествии нескольких дней, он сеет, так сказать, семена любви, а затем бросает их навсегда. С одаренными или модными женщинами происходит всегда одна и та же история, которую он сам решает, закончить или нет. Они хотят быть любимыми, чтобы подчинить его или пренебречь. Опасная затея, потому что Раузан вызывал в них сомнения, вспышки гнева, ревность, досаду, а затем бросал и забывал их. В самый неожиданный момент, воспользовавшись незначительным событием в прошлом, сражался и побеждал. Одни говорили, что он не искал выгоду от побед, другие – что искал. Он не Ловелас, и ни Ришелье, но еще опаснее этих двоих. Персон, которые не говорили о нем плохо, он покорял и духовно порабощал откровенностью, неожиданной помощью, наивысшей обходительностью, заставляя их столбенеть. Он бы был поэтом, если бы захотел, его дарования столь значительны, как и его познания. Это великий медик, он добился больших политических и военных побед, и хотя говорят, что он чудотворец, я лишь полагаю, что он усердно изучал Иоганна Каспара Лаватера, Франца-Йозефа Галля, Иоганна Каспара Шпурцгейма, Жан Пьера Жозефа Брюйера, и Франсуа де Ларошфуко. Он видит человека насквозь, развлекаясь его увлечениями и тайнами. Он много путешествовал, объехал весь свет и знает человеческое сердце как никто другой. По поводу его морали есть сомнения. Он вопиющий материалист. Его обвиняют, что он опоил свою жену, чтобы свести ее с ума, ему приписывают преступления душегубов Эдинбурга. Есть те, которые называют его воскресшим. Откуда он, неизвестно. Говорят, он сколотил большое состояние, как офицер эмира Абдель-Кадера. Кое-что я опущу, сказанного хватит, чтобы дать некоторое представление о нем. В любом случае его иметь лучше в друзьях».
Закончив чтение письма, Рюрик сказал:
- Если бы эти сведения у меня появились своевременно, то несколько лет назад я не стал бы огорчаться ссорой с этим человеком. Пока еще молод, я должен быть безупречен и действовать осторожно. За полученный урок я хотел бы отомстить.
Посол оделся, потребовал карету и поехал на прогулку, пока приближался час обеда.
Когда завершилась первая часть пиршества, посол сказал Мортимеру:
- Я считаю, мы должны прибегнуть к науке. Это не вызовет ни у кого подозрений при таком раскладе.
- По-моему прекрасно. Какой вопрос мы зададим ему?
- Когда будем пить кофе, Эркулес заговорит о большом уме своего пса Эктора, и это послужит основанием, что речь идет о душе в теле животного, следовательно, о человеческой душе. В подходящий момент вы встанете перед кабальеро и спросите его мнение по поводу френологии. Тема очень богатая и увлекательная, мы заинтересуемся спором и послушаем, что он скажет. Скорее всего, сегодня вечером мы будем короновать его как величайшего шарлатана.
- Великолепно! – воскликнул Мортимер. – Положитесь на меня.
Пока это происходило между ветреным модником и хитрым дипломатом, наша замужняя дама, ущипнув за руку Пакито, сказала:
- Берегитесь, если предадите! Вы не спали тем вечером в доме посла. Если знаете, что там произошло, учтите, вы по-настоящему рассердите меня.
- Случилось что-то в доме посла? – хитро спросил Пакито.
- Берегитесь и пусть вам повезет.
Когда начали подавать кофе, Эркулес стал гримасничать и болтать без умолку о чудесном даровании его пса Эктора. Он говорил, что это совершенное животное, ведь хоть он не говорит и не пишет, это делает его еще совершеннее, потому что он очень осторожный. Затем добавил, указывая на Кортеса:
- Ты так не думаешь, Кортес?
Все поняли намек Эркулеса и засмеялись. Тот решил поквитаться:
