Несмотря на странные обстоятельства преступления, бумажная волокита ничуть не изменилась. Поначалу он думал, что возвращение в музей с новым делом придаст ему энергии, но вышло как раз наоборот. Каждый час, проведенный на этой проклятой старой свалке, усиливал ощущение того, что огонь в груди давно погас. Тот лейтенант, что когда-то вел расследование и сражался среди этих колонн, теперь переливает из пустого в порожнее.
Появился официант Томмазо с бутылкой кьянти, любимого вина д’Агосты, эффектно откупорил пробку, наполнил маленький бокал и поставил его на стол вместе с бутылкой и другим, пустым бокалом. Д’Агоста взял бокал за ножку и задумчиво покрутил, даже не удосужившись попробовать содержимое.
Похожую депрессию д’Агоста пережил десять лет назад, еще холостяком, когда вынужден был уйти со службы и переехать в Канаду, где собирался сочинять детективные романы под псевдонимом Кэмпбелл Дирк. Получалось не так чтобы очень. В глубине души д’Агоста всегда понимал, что он коп. Он занимался этой работой всю жизнь, и не без успеха. К тому же д’Агоста не мог жаловаться на то, что его недооценивают. Два года назад он был произведен в капитан-лейтенанты. А его жена Лора стала одной из самых молодых женщин в нью-йоркском департаменте, получивших звание капитана. Он не завидовал, нет… только гордился.
Все вроде было в порядке. Но что за хрень тогда с ним творится?
Шелест платья, легкое дуновение духов, и вот уже Лора сидит напротив него за столиком. Как всегда, с самой первой встречи, он ощутил внутренний жар: эта красивая, образованная, невероятно соблазнительная женщина была его женой. На новой должности от нее не требовалось носить форму, а румянец на щеках говорил о том, что она много времени проводит на свежем воздухе, под солнцем и ветром.
– Привет, Винни! – сказала она, перегнулась через столик и поцеловала его.
Конечно, д’Агоста был пристрастен, но она выглядела не старше, чем в тот день, когда он надел на ее палец обручальное кольцо. И ничуть не прибавила в весе, в отличие от него самого. Временами он не мог понять, что она нашла в том парне, за которого вышла замуж.
Д’Агоста налил ей вина.
– Как прошел день? – спросила Лора.
– Спасибо, неплохо, – с улыбкой ответил он.
Подошел официант и перечислил немногие имевшиеся в меню блюда. Лора заказала burrata на закуску, а еще Cinta Senese prosciutto и lardo di Colonnata[57] с томатами наследственных сортов[58], базиликом и pane tostato[59]. Черт ее знает, как она остается стройной при таком питании? Себе д’Агоста решил взять свежую mafaldine pasta alla puttanesca[60] – предположительно, любимую пасту итальянских проституток.
– А как дела у тебя? – спросил он, глотнув вина.
– Замечательно. Сегодня начала работать вторая съемочная группа[61] неонуарного фильма, что снимают сейчас на Баттери.
– Ты говорила о нем вчера вечером. Напомни, как он называется?
– Пока есть только рабочее название, но это ремейк картины пятидесятого года «Переулок». В оригинале была знаменитая сцена погони по Уолл-стрит, которую снимали с вертолетов и с крыш домов. На этот раз используют дроны, и ради съемок мы перекрыли на выходные полдюжины улиц. Я еще не встречалась с режиссером, только с оператором и ассистентами, но главного героя играет Леонардо ди Каприо! Представляешь? Мы поболтали немного – он такой классный, попросил называть его просто Лео. Совсем не такой, как другие звезды – примадонны, запирающиеся в своих трейлерах, или те парни, что стремятся быть на короткой ноге с жуликами и гангстерами. Но… – Внезапно она оборвала восторженный словесный поток и впервые с начала разговора внимательно посмотрела на д’Агосту. – Винни, что-то случилось?
– Ничего, ничего. Продолжай.
Он заставил себя благодушно улыбнуться. Лора потянулась через стол и взяла его за руку.
– Что я все болтаю и болтаю? Расскажи про свои дела, – попросила она, поглаживая указательным пальцем по тыльной стороне его ладони.
Он пожал плечами:
