Кабинет доктора Либидо. Том III (Д – Е – Ж) полностью

Следующим фаворитом стал Семен Гаврилович Зорич (1745—1799). Серб по происхождению, сын акушерки и заурядного подполковника русской армии. В девятилетнем возрасте был зачислен на военную службу. Во время Прусской войны участвовал в боевых действиях всего шестнадцати лет от роду. За отчаянную смелость был произведен в офицеры. Проявил личный героизм во время первой русско-турецкой войны. 3 июля 1770 был ранен и захвачен турками, ок. пяти лет провел в плену. Неоднократно получал предложения перейти на службу к султану, но с негодованием отказывался. После обмена пленными вернулся в Россию и стал адъютантом своего бывшего сослуживца Г. А. Потемкина. Тот как раз искал замену П. В. Завадовскому. Представленный императрице С. Г. Зорич был встречен с восторгом. Современник писал о нем: «Писаный красавец, но весьма ограничен и без всякого воспитания; впрочем, он был добрейшим из смертных». Румянцев в своей автобиографии отметил: «Возвратясь в Петербург, мы нашли Завадовского, теряющего фавор, и без того недолговременный. Зорич заступал его место. Почести, награды, богатство посыпались на него».

В кратчайший срок С. Г. Зорич прошел путь до генерал-майора и шефа Ахтырского гусарского полка. Впрочем, в фаворе он пробыл еще меньше своего предшественника: с июня 1777 по июнь 1778. Заядлый картежник и любитель застолий, он посмел перечить своему покровителю Г. А. Потемкину и наговорил ему кучу дерзостей. Светлейший князь пожаловался Е.II. Она воздала С. Г. Зоричу по заслугам: «Можно сказать, что две души имел: любил доброе, но делал и худое, был храбр в деле с неприятелем, но лично трус».

Получив в виде отступных солидную сумму денег и семь тысяч крестьян, С. Г. Зорич пустился в заграничное путешествие. В сентябре 1778 он поселился в своем имении Шклов в Белоруссии, где основал военное училище. Жил на широкую ногу, славился своим гостеприимством и удивлял выдумками. В имении устраивались балы, маскарады, любительские спектакли, фейерверки и карусели. В 1780 проездом в Могилев его дважды посетила Е. II С. Г. Зорич принимал матушку-царицу с огромным размахом, но продолжения отношений не последовало. По слухам, в конце жизни запутался в долгах и даже подозревался в фальшивомонетничестве.

В июне 1778 Г. А. Потемкин представил Е. II на выбор трех офицеров на освободившуюся после С. Г. Зорича должность флигель-адъютанта. Она предпочла Ивана Николаевича Римского-Корсакова (1754—1831). Происходил из старинного дворянского рода. Во время польской компании дослужился до чина капитана. Никакими особыми достоинствами не отличался, зато обладал замечательной внешностью, прекрасно пел и играл на скрипке. На первых порах Е. II была от него в восторге: называла Пирром, царем Эпирским, подарила копию своего портрета работы В. Эриксена, завалила деньгами и драгоценностями. В письме к своему европейскому корреспонденту М. Гримму Е. II писала: «его следовало бы брать, как модель, всем скульпторам, живописцам; все поэты должны воспевать красоту Римского-Корсакова». За время пребывания в фаворе И. Н. Римский-Корсаков был пожалован в действительные камергеры, генерал-майоры, а затем – в генерал-адъютанты.

В услужении императрице И. Н. Римский-Корсаков находился чуть больше года. 10 октября 1779 он попался с поличным. По описанию Ш. Массона, «Екатерина лично застала его на своей кровати державшим в своих объятиях прелестную графиню Брюс, ее фрейлину и доверенное лицо. Она удалилась в оцепенении и не пожелала видеть ни своего любовника, ни свою подругу». Незадачливый фаворит немедленно получил отставку, но некоторое время еще оставался в Санкт-Петербурге и имел наглость похваляться перед знакомыми своей близостью с Е.II. Высланный в Москву, И. Н. Римский-Корсаков, по выражению графа М. М. Щербатова, «преумножил бесстыдство любострастия в женах». Он завязал роман с замужней графиней Е. П. Строгановой и беззаконно жил с ней до конца жизни.