Смотрю на полупрозрачную нить. Очень напоминает паутину. Только существо — не совсем паук. Оно похоже одновременно на многоножку и птицееда–переростка. Восемь лапок покрыты густыми волосками. Головогрудь и брюшко соединены перемычкой и покрыты хитиновой оболочкой. На защитном панцире четыре пары глаз. Странно, птицееды именно за счет волосков на лапах различают звуки и запахи. Этот же ни на что не реагирует.
Решаю попробовать нитку на прочность. Тяну на себя прутком, но нить ни в какую не рвется. Такой быстрее руки порежешь, чем освободишься. Сделаю проще. Наматываю полупрозрачную нить на два железных прута, и дергаю их в разные стороны. Нитка беззвучно рвется, но усилий для этого приходится приложить очень много.
Для такой тонкой нити это из разряда невероятного.
Существо продолжает свой путь и не понимает, что нить к оборвалась. Как паутина эта штука не работает. Существо не получает сигнал, что здесь кто-то есть. Совершенно нет никакой реакции. Паук спокойно продолжает свою работу.
Неожиданно. Подготовка к нападению пока отменяется.
Так, а чем мы сами можем атаковать из подручных материалов? Железки в руках никак для этого не подходят.
— Фео у нас есть что-нибудь посерьезнее? — спрашиваю.
— Только молниевый жезл, — отвечает фей и открывает сумку, не долго там копается.
— Давай сюда, посмотрим, — распоряжаюсь.
Феофан достает молниевый жезл. Эта штуковина выглядит чуть помассивнее и уж точно посерьезнее. Проверяю. Вроде работает исправно. Существо как раз успевает прикрепить нитку и прибежать ближе ко мне. Перебирает лапками и двигается довольно быстро. Отлично. Запускаю небольшую молнию в спину хрустального существа. Паучок тут же переворачивается и, дергаясь, подбирает под себя все лапы. Похож на обычное насекомое, которое отравили дихлофосом. Паук замирает.
— Вот, вроде бы работает, — удовлетворенно говорю. — На магию реагирует. Ничего сложного, как оказалось.
Беру существо за лапку и внимательно осматриваю. Ничего близко похожего на рот не вижу. Ни подобия жала, ни клешней. Кажется, это специализированный юнит исключительно для работы. Либо паучок питается другим изощренным образом. Кладу его на руку, продолжаю рассматривать.
Тут существо на моей руке дергается, изворачивается, выскакивает на пол. Феофан отскакивает и зажигает щит чуть ярче, но ничего страшного не происходит. Паук просто продолжает тянуть свою нить.
— Интересно, — удивляюсь вслух и дальше наблюдаю за тварюшкой.
Нити очень плотные. Из них получилось бы отличная одежда. Заложником в такой паутине оказаться крайне не хочется.
— Попробуй включить огненный щит, — прошу фея.
Феофан с явным облегчением зажигает огненный щит. Нить касается одного края щита, но спокойно выдерживает температуру горения. С ней абсолютно ничего не происходит. А вот это уже непонятно и крайне неприятно. Ладно, хватит заниматься изучениями, пора действовать. Формирую обычный файербол и кидаю в паука.
Огонь совершенно спокойно скатывается с панциря, не повреждая туловище паука. Искры быстро тухнут и не приносят ему никакого урона.
— Витя, как же так! — причитает рядом Феофан.
Он всё ещё не выходит из-за моей спины и наблюдает за моими экспериментами.
Формирую новый файербол, но из более темного и плотного текучего пламени. Ничего более разрушительного я пока не помню. Размером шарик совсем небольшой — не крупнее моего же ногтя. Бросаю в паука.
Огонь прилепляется к бегущему существу и почти мгновенно прожигает его. Как только паучок переворачивается на спину и складывает лапки, происходит странное — существо вспыхивает и сгорает в пепел.
Неожиданно. Смотрю на горстку пепла. Значит, оно все-таки состоит из вещества. Это хорошая информация. Экспериментируем дальше. Паук сгорел, но его нить осталась нетронутой.
Формирую файербол из такого же плотного текущего огня. Пламя быстро поджигает нить и распространяется по всей длине. Интересно, а если этих нитей сплести намного больше? Нахожу в тёмном углу небольшую сплетенную паутину.
Кидаю туда немного обычного огня, паутина нехотя сгорает. К тому же, практически без остатков. Она опадает на пол белесым пеплом.
Ага, понятно. Идея в том, что нити огнеупорные, пока не теряют связь с создателем. После смерти паука огнеупорность резко снижается. Интересная логика, надо запомнить.
— Фео, давай-ка посмотрим, можем ли мы вот такое существо спрятать в твоей сумке?
— Витя, ты что, — отпрыгивает от меня Феофан. — Мне жалко сумку. А вдруг оно ее порвет? А как же мои запасы? А паутину кто потом отмывать будет?
— Мы просто за ним понаблюдаем, — объясняю фею. — Ты же знаешь, что происходит внутри сумки? Там вроде как время останавливается или сохраняется естественная среда для объектов. Мы когда пирожки туда клали, а через какое-то время доставали, они оставались такими же теплыми как и раньше.
— Правильно, — нехотя соглашается фей, но пример с пирожками ему нравится.
— Ну да, правильно, видишь! Соответственно, если паучков туда поместить, что будет? — спрашиваю.
