— Все дороги ведут нас в столицу, — вздыхаю.
— Почему именно туда? — спрашивает Андрей.
— Я тебе уже говорил: наша единственная ниточка к совету магов — это спящий маг, который что-то знает, в том числе по моей истории, — напоминаю. — Да и по Совету магов сможет рассказать. Особенно если его разговорить.
— Разговорить, — хмыкает иллитид. — Это мы можем.
— Возможно, он нам еще расскажет вдобавок про дикую магию, — предполагаю. — Но это не точно, да и не так важно. Про дикую магию мы в любом случае узнаем. Либо от него, либо в его цитадели, когда сможем приоткрыть дверцу в эту организацию.
К столу подходит Муха, и беседу приходится свернуть. Тарелки опускаются перед нами одна за одной. Тавернщик приносит их вместе с помощницей.
— Мы столько не съедим, — говорю ему.
— Съедим, съедим, — спорит со мной фей. — Пусть ставят, Витя. Не отпугивай.
Тавернщик фея, очевидно, не понимает. Зато иллитида забавляет все происходящее.
Потирая ручки, фей с ожиданием смотрит на растущую перед ним гору еды.
— Так что, это ещё не все? — удивляюсь.
На столе, как по волшебству появляется и нарезка, и несколько видов горячих блюд, не меньше пяти салатов. Фрукты и овощи фигурно нарезаны. Настоящий праздник живота. Фей провожает каждую тарелку взглядом.
— А что не съедим, то заберём, — заявляет он.
— У тебя места в сумке не хватит. Ты столько репы туда положил, — возражаю.
— Ничего страшного. Две репы мы можем съесть, хотя прямо сейчас, — Феофан достает из поясной сумки пару клубней. — Ещё штучки три-четыре я переложу к Василисе.
Вася тут же отодвигается от фея.
— Я не дам в свою сумку класть, — защищается она. — У меня там чистенькая одежда. И она не бездонная! Все помнется.
— Да? Ну тогда мы просто упакуем репу отдельно, — не унимается Феофан. — Вить, спроси у Мухи сумку или короб какой. А то иногда кажется, что мне одному всё это надо. А еду мы спрячем. Еда всегда хорошо, — рассуждает фей.
— Фео, — устало усмехаюсь. — Мы же сейчас на дирижабле Беннинга полетим, нас там накормят не хуже, чем здесь.
— Да, я помню, — соглашается фей и с жадностью осматривает гору снеди, которую выставил Муха. — Но это же нельзя оставлять вот так, ну совсем нельзя.
Снимаю крышку с большого чугунного горшка. Сразу же чувствую запах наваристого бульона и овощей. Суп точно придется съесть здесь, чтобы фей не искал ему пятый угол.
— Ну правда, — грустно смотрят на нас Феофан. — И репу нельзя оставлять.
— Так, Муха, спасибо тебе огромное, — обращаюсь к тавернщику. — Это всё очень здорово и вкусно, мы очень ценим твоё отношение. Но еды, правда, слишком много, — пытаюсь образумить хозяина.
— Не переживай, дорогой, вы славные гости, — отвечает он. — Я буду только рад, если вы подкрепитесь перед дорогой. Я всё слышу. Что съедите, то съедите. Не переживай, дорогой, — машет рукой Муха.
— Хоть один разумный человек, — вздыхает Феофан, уминая репу за обе щеки.
Тавернщик оставляет нас. Его помощница приносит на стол ещё пару кувшинов морса и стаканы. Мы еле находим место, чтобы их поставить.
Обед очень плотный. Феофан периодически заворачивает еду и прячет в сумку. Я просто пробую всего понемногу и осматриваю таверну.
Судя по обновкам, дела у мужика идут отлично. Муха успевает заказать магические светильники, а это не так уж дёшево для таверны. За время обеда в заведение несколько раз заходят небольшие компании. Мужчины и женщины одеты в форму чиновников ратуши. Заведение Мухаммеда становится популярным у служащих, а это хороший знак. Постоянные гости — залог успеха.
Сколько бы мы ни ели, еда на столе не заканчивается. Съесть больше ничего не получается. Феи сосредоточенно выбирают, что нужно забрать с собой.
— Репу удобнее перевозить. И у нас в столице такую не найти! — приводит аргументы Вася. — А в таверну мы в любой день сходим.
Феофан с трудом соглашается, но убирает репу обратно в сумку.
— А вот и десерты! — объявляет женщина и расставляет тарелки с пирожными.
У всех за присутствующих вырывается протяжный стон. Только Алена берет тарелку и втягивает запах.
— Орехи? — спрашивает она. — Мне кажется, я отдаленно почувствовала запах.
Феофан с Василисой переглядываются и меняют в сумке очередную еду на десерты. Всё остальное банально не влезает. Как ни странно, сегодня мы нашли предел безразмерной сумки феи. Даже боюсь представить, сколько там у него всего.
После такого обеда идти тяжело, но дела никто не отменял.
— Заходите ещё! — по-доброму провожает нас Муха. — И тебе, Витя, и твоим друзьям — всегда здесь рады. Помни об этом.
— Помню, помню, — киваю. — Спасибо, очень ценю.
— Как тебе? — спрашиваю Алёну, когда мы отходим от таверны.
— Очень интересно, — отвечает девушка.
Вижу, как она всё время наблюдает за нашим общением с Мухой.
— Я немного грущу, потому что не могу вспомнить вкусы этих блюд, — делится своими эмоциями Алёна. — Не чувствую их, но очень стараюсь понять. Да и энергия на вкус совершенно разная. Милый Виктор, ты знал?
— Да ну, откуда? — смеюсь такому открытию.
Девушка тоже грустно улыбается и продолжает:
