Пока сцеживал кровь в рюмку, пришёл к неутешительному выводу, что Дура в активном состоянии тратит больше энергии, а значит, и кормить её придётся чаще. Так никакой кровушки не напасёшься. Но вслух ничего говорить не стал. А то ещё переклинит очередная отмершая извилина у девки, и она решит сама себя угробить в угоду хозяину. Убирай потом с пола вонючую лужу из гноя… Да и жалко её как-то. Хоть и дохлая, но уже вроде и своей становится.
После кормёжки закинул Дуру на плечо, отнёс в кабинет и запихнул в шкаф. Вовремя успел это сделать. Почти сразу же раздался звонок в дверь. Ко мне влетели довольные Генка и Витька.
— Ну что, Родион? Идёшь с нами на тренировку? — спросил Феклистов.
— Не, парни, — отмахнулся я. — Нужно кой-какие дела порешать.
— Ну, смотри! Скоро учебный год начинается. Дракон нам на кафедре сказал, что два раза в неделю будет и вас гонять. Но уже не как до этого его ассистенты делали, а по-настоящему. Поверь, Родька, пора уже сейчас приходить в нормальную форму. А то печень от перегрузок по кусочкам выплёвывать будешь. У Сергея Витальевича не забалуешь!
— Всё будет хорошо. Не сегодня, но на днях обязательно схожу к вашему крутому мастеру, — пообещал я и закрыл за товарищами дверь.
Да, тренировки — дело хорошее, но у меня и без них сейчас забот хватает. С бандитами на время вроде должно поутихнуть. Но остаются ещё и непонятные «вежливые люди», следящие за мной из соседней парадной. От такого внимания у меня спина между лопаток чешется. Да и надоело крадучись на дело из собственного дома выходить. Беда в том, что таких, как людей Креста, в лесу не прикопаешь.
Целый день я посвятил тому, чтобы как следует обдумать проблему «шпиков» и найти безболезненное решение этого вопроса. К сожалению, ничего, кроме силовой акции на ум не приходило. Помогло… окно. Подойдя к нему, неожиданно увидел своего коллегу-домовладельца, выходящего из парадной и активно размахивающего руками. Видимо, «бедный еврей» опять остался недоволен суммой арендной платы.
— Господин Берштейн! — заорал я в открытую форточку, — Задержитесь на пару минут!
К счастью, старик меня услышал и остановился. Быстро сбежав по ступенькам вниз, я уже тихо обратился к нему.
— Адам Гедеонович, как вы смотрите на то, чтобы обсудить деловое предложение?
— Господин Булатов. Мне таки никаких предложений не надо. Тем более от вас, похерившего мой бизнес и оставившего умирать от голода целую семью.
— Чью семью? — удивился я.
— Мою. С этого сарая я терплю одни убытки благодаря вашей непомерной активности.
— Извините, — дружелюбно улыбнувшись, покаялся я. — Тогда тем более вам необходимо меня выслушать. Желательно не на улице, а в каком-нибудь тихом ресторанчике. И в знак моего глубочайшего уважения к вам я оплачиваю совместный ужин.
Фраза «я оплачиваю», как и ожидалось, произвела правильное впечатление. Уже через полчаса, разместившись не в самом дешёвом заведении, мы приступили к предметному разговору.
— Адам Гедеонович, как вы смотрите на то, чтобы я избавил вас от убыточных активов? Предлагаю выкупить вашу парадную по хорошей цене. Например… Дам цену в полтора раза выше официальной государственной оценки, по которой вы платите налоги.
— Я похож на идиёта, Родион? — ехидно спросил старик. — Если похож, то у вас плохое зрение и нужно идти к врачу. Я вам даже бесплатно дам адрес своего.
— Извините, — в том же тоне ответил я, — но к такому специалисту обращаться боюсь. Вас же он не вылечил. Иначе бы увидели, что единовременная хорошая прибыль в данном случае предпочтительнее тех крох, что вы сейчас получаете от аренды. Вскоре жильцы начнут сравнивать мои и ваши условия для проживания.
Дальше готовьтесь выслушивать их требования с вопросами: почему в одном и том же доме так всё хорошо и так всё плохо. Значит, вам придётся не повышать, а понижать арендную плату, чтобы беднягам, отважившимся поселиться не в моих парадных, было не так обидно, и они заткнулись. Ну, или вкладываться в соответствующий ремонт. Тут уже я сделаю вам бесплатное одолжение и дам адрес начальника одной очень хорошей, но не совсем дешёвой бригады.
Насколько я слышал, кроме этого замызганного строения, семья Берштейнов владеет четырьмя магазинами и дюжиной пролёток, которые активно сдаёт в аренду извозчикам. Но конкуренция в столице велика, поэтому ваши активы постепенно приходят в упадок. Чтобы держаться на плаву, необходимо развитие. И я предлагаю вам деньги на него. Хорошие деньги!
— Молодой человек, — скривился мой собеседник, — ви ничего не смыслите в бизнесе. А я смогу делать деньги там, где такие, как вы, и рубля не заработаете.
