— И людям, которые за вами стоят? Кстати, кто они?
— Имён называть не буду, — опять блефанул я. — Но поверьте, мои кураторы сильно заинтересованы, чтобы превратить Семенцы в благополучный район. Поэтому я и предложил двойную цену.
— Правильный подход, — кивнула женщина. — Если финансы позволяют, конечно. Но вы сами только что сказали, что Семенцы вскоре станут благополучным районом. Значит, даже ветхое жильё тут подскочит в цене. И смысл нам продавать сейчас?
— Потому что есть много способов получить всё бесплатно. Когда вас поставят перед выбором: продать практически даром или вложиться в ремонт не одним десятком тысяч рублей, что вы выберете?
— Поняла, — кивнула Рахиль Натановна. — Конечно же, продажу, так как свободных активов не имею. Но вначале немного порасстраиваюсь, что не приняла ваше более щедрое предложение. Как вам вариант в две с половиной цены от официальной оценки?
— Нет.
— Так быстро и категорично? Родион Иванович, а поторговаться, как приличные люди?
— Давайте поторгуемся, — усмехнулся я. — Дам и три цены, если вы готовы совершить капитальный ремонт перед продажей.
— Тогда общий баланс доходов нашей семьи на время уйдёт в минус. Подобного допустить мы не можем.
— Вот видите, Рахиль Натановна. Я тоже не хочу уходить в минус, поэтому больше, чем предложил, не дам. Но есть и ещё один вариант. Официально мы оформляем всё по минимальной цене продажи, а остальное вы получаете «чёрными» деньгами. С них не придётся платить налоги, так что свою выгоду поимеете.
— И вы тоже, — теперь уже усмехнулась опытная женщина.
— Но мои деньги вас не должны интересовать.
Пожилая еврейка немного помолчала, подумала, а потом неожиданно предложила.
— А что, если мы вообще дарственную оформим?
— Чтобы вы потом её отозвали, и я не имел никаких документов, что дал вам деньги? Пардон, но в азартные игры не играю.
— А вы умны не по годам. Тогда мы составим два документа. Одним будет дарственная, а вторым — ваша ссуда семье Бронштейнов на оговорённую сумму. И если мы нарушим договор, то вы имеете полное право потребовать деньги назад. Если вы захотите нас облапошить, то уже мы отзовём дарственную. Получается, что в интересах обеих сторон быть честными с партнёрами. К тому же Адам Гедеонович очень не любит делиться деньгами с государством… Он вообще не любит делиться или вкладывать. Поэтому охотно даст своё согласие расстаться с доходными квартирами. Ему будет казаться, что поимел весь мир.
Такой расклад меня очень заинтересовал. Получается, что для налоговых органов я просто получил новое имущество в подарок. И никаких отчётов, откуда взял такие деньги, имею право не предоставлять. Но чтобы окончательно понять, стоит ли овчинка выделки, мне нужна консультация у бухгалтера или юриста. Я в этих делах плохо разбираюсь.
— Рахиль Натановна. Я сейчас не могу дать вам ответ.
— Понимаю, — кивнула она, вставая с кресла. — Хотите вместе с кураторами и специалистами просчитать риски. Благоразумно. Сколько вам нужно времени, чтобы принять окончательное решение?
— Э-э-э-э… Два дня.
— Значит, через два дня я жду вас в гости. С ответным визитом, так сказать. Жаль, что вы одарённый и имеете свои приоритеты на создание семьи. А то бы и с внучкой познакомила. Она девушка на выданье и очень неглупа.
— В вас пошла? — сделал намёк на комплимент я.
— Только Адаму не говорите, — шутливо ответила она. — Но вы мне понравились. Есть хватка. Такого человека в своей семье иметь бы не отказалась.
— И даже не еврея?
— Молодой человек, — озорно подмигнула Рахиль Натановна. — С возрастом я поняла, что хорошие вложения национальности не имеют. Всего хорошего и до скорой встречи.
Она ушла, а я задумался. Лица, конечно, перед этой явно умной женщиной не потерял, но на самом деле мне легче Сущности шею свернуть, чем с бумажками, кредитами и различными юридическими сложностями разбираться. Значит, необходимо срочно искать человека, который мне в этом поможет.
Пожалуй, стоит наведаться к семейству Матье. Они в ресторанном бизнесе уже давно, значит, должны разбираться во многих вещах. В последнее время в «Бригантину» я нечасто захаживал. Чрезмерное внимание к моей персоне со стороны Натальи Альбертовны и её мужа Петра Марковича иногда утомляет. Особенно, когда хочешь просто насладиться вкусной едой в одиночестве, а не вести вежливые задушевные разговоры. Но сейчас самое время и вкуснейшей говядины отведать, и деловые вопросы решить.
Придя в «Бригантину», застал в ресторанчике лишь главу семейства.
— Добрый день, — шутливо поздоровался я. — Надеюсь, ваше заведение не перешло на модную вегетарианскую сторону?
— Не при моей жизни! — рассмеялся Пётр Маркович, приглашая в свой кабинет. — Как всегда, лёгкой прожарки?
— И с овощами гриль. Как Вера поживает?
— Гостила у бабушки в пригороде. Мы решили, что спокойная деревенская жизнь ей на пользу пойдёт. Буквально вчера вечером вернулась. Скоро начинается учёба в университете… Ох, волнуемся мы за дочь…
— До сих пор не в себе? — насторожился я.
