— Зато сытый жмот. А вы дуры, раз в дорогу не удосужились нормально подготовиться. Почему я должен за свой счёт исправлять чужие ошибки?
— Может, договоримся? Купим у тебя?
— Лидок, а мне потом деньги есть прикажешь? Или в вашей забегаловке на колёсах свой желудок гробить?
— Я не люблю, когда меня называют «Лидок»!
— А я не люблю быть Родькой, Рыдваном, Родурнем и прочими эпитетами, которыми вы награждаете меня почти два года. Но кого это интересует? Так что, попрошайки, я, пожалуй, полезу на свою полку и там доем. Ну а вы продолжайте дальше весело грызть ресторанную еду. Хотя… — сделал я небольшую паузу. — Есть способ уладить нашу с вами кулинарную проблему. Просто извинитесь за неподобающее поведение. За всё своё хамство по отношению к сокурснику.
— Мы не хамили, а констатировали факт! — гордо ответила Алиса Владимирская, скрестив руки у груди. — Ты, Булатов, жалкий трус и мямля! И унижаться перед тобой не собираемся! Лучше с голоду подохнуть!
Высокомерно задранные носики её подруг дали ясно понять, что с Алискиными словами все согласны. Ну да ладно. Взяв еду, я быстро заскочил на своё место и продолжил весело чавкать пирожками, словно и не было никакого разговора.
— Девчонки, — поинтересовался один из наших боевиков, заглянув в купе. — У вас нормального поесть ничего нет? А то от местной стряпни изжога мучает. Впервые такой говённый вагон-ресторан встречаю!
К этому времени я уже окончил завтрак и лениво медитировал, глядя в окно.
— Сами мечтаем о нормальной пище, — ответила Ксения Сурина, зло зыркнув в мою сторону.
Коротко стриженная голова со вздохом исчезла. Это действо сопровождалось тройным, очень похожим вздохом от моих попутчиц.
— Может, профессору Знаменскому пожалуемся? — предложила Хвостова.
— На Родьку? — спросила Владимирская.
— Нет. Этому гаду предъявить нечего. Имеет право распоряжаться личным имуществом по своему усмотрению. На поваров в ресторане.
— Ребята уже нажаловались. Но Михаил Владимирович лишь усмехнулся. Мол, никто не говорил, что на практике будет легко. А сам в это время нежнейшую говядину наворачивал! Ему повара отдельно готовят.
— Жалко… А ведь и половины пути не проехали… Даже не знаю, что быстрее начнётся: гастрит от местной бурды или полное безденежье от таких цен. Я уже большую часть своей стипендии профукала.
— Не ты одна, — посетовала Хвостова. — И чего я, идиотка, не додумалась с собой провизии взять? Расслабилась. Привыкла жить, как в столице.
Кажется, пришло моё время. Упадническое настроение в купе достигло своего апогея. Нехотя спустившись, я открыл свой объёмный короб и достал из него замороженную упаковку блинчиков с мясом.
— Пользуйтесь. Безвозмездно, — положил я еду на стол. — А то бурчание ваших животов спать не даёт.
Девушки кинулись открывать упаковку, но неожиданно замерли.
— Издеваешься? — сжав кулачки, гневно произнесла Алиса. — Они же намертво заморожены!
— Естественно, — пожал плечами я, удивившись такой реакции. — Иначе в тепле быстро бы всё испортилось, и риск отравления превратился из риска в реальность. Мой короб до двух дней хорошо держит температуру. И аккуратнее с ним: я обещал вернуть его в ресторан.
— Предлагаешь грызть ледышки? А сам-то тёпленькое всё ел!
— Ну так и вы разогрейте.
— Ты хочешь сказать, что сам смог разогреть? Прямо в купе, без артефактов усиления или хотя бы простой печи? Будь на твоём месте кто-то выпускников Академии, то в такое бы легко поверила. Но второкурсник…
— Подожди! — перебил я Владимирскую. — То есть, Алиса, ты утверждаешь, что не можешь совершить подобное простенькое действие?
— Мы и втроём не справимся! Во-первых, ещё не знаем нужных схем пентаграммы, а во-вторых, даже объединившись, не сможем напитать её энергией.
— Да какие вы тогда, к бесам, одарённые?
— Настоящие, но не обученные до конца! Как и ты!
— Ладно, — прекратил я этот спор и взял дело в свои руки.
Быстро начертил на столе вокруг еды нужную конструкцию и активировал её своим Даром. Блинчики тут же оттаяли и вскоре окончательно приготовились до нужного состояния. Но девушки с открытыми ртами уставились не на них, а на меня.
— Охренеть… — первой отмерла Кристина. — Родя… Как так?
— Легко и непринуждённо, — ответил я и снова запрыгнул на свою полку. — Приятного аппетита.
После этого потерял всякий интерес к происходящему внизу, открыв одну из книг, взятую с собой в дорогу. Но по издаваемым девушками звукам, главным из которых был стон наслаждения, сразу понял, что мастерство поваров «Бригантины» оценено по достоинству.
Спокойные минуты закончились вместе с блинчиками. К сожалению, достаточно быстро.
— Родион! Спасибо! — раздался голос Алисы, оторвав меня от занимательного чтения. — Это было восхитительно! И… Извини, если иногда перегибаем палку в отношении тебя. Во всяком случае, я точно перегибаю. Сама всё понимаю, но ты действительно прямо выбешиваешь своей бесхребетностью.
