— И это очень странно, — продолжила намечающийся допрос Хвостова. — В тебе же силища немереная, раз так легко смог наполнить пентаграмму энергией! Другой бы с такими резервами в боевики подался, а не к демонским филологам. И стал бы лидером не только своей кафедры, но и всего факультета. Ты же вместо этого сопли по щекам размазываешь. Почему?
— Не размазываю, — выдвинул я свою версию для поддержки легенды нового Булатова. — Просто мне на вас плевать с высокой колокольни. Думал, что в Академии будут реально крутые одарённые, а вместо этого попал в детскую песочницу. Ну, а вы моё равнодушие приняли за слабость. Лень было разубеждать.
— Вот только не надо тут заливать про свою мнимую крутизну! — возмутилась Алиса. — Хочешь из бесхребетника сразу крутым сделаться? Не получится! И пусть у тебя потенциал есть, но характера нет и никогда не будет. И одарённые мы не самые слабые! Да, пока ещё далеки от своего пика возможностей, но вместе со знаниями придёт и сила!
— Как скажешь, — не стал спорить я, снова погрузившись в свою книгу.
Кстати, очень интересное чтиво. Вернее, исторический труд, посвящённый Бакле. Тому самому подземному городу, в котором нам придётся отбывать практику. Назвать его подземным — не совсем правильная формулировка. Скорее, Бакла — пещерное городище, основанное несколько тысячелетий назад.
В горе выдолблены человеческие жилища различных эпох. А также склады под зерно и винодельни. Когда-то это был достаточно плодородный край, но потом, с разницей в несколько столетий, произошла серия землетрясений, которые привели к обезвоживанию почвы.
Правда, люди ушли оттуда не поэтому. Лет двести назад, во время одного из последних землетрясений открылся разлом, ведущий в настоящий подземный город. Но не человеческий, а из Преисподней. Давно заброшенные Существами катакомбы по какой-то причине полностью переместились в наш мир.
И пусть в них нет ни одной твари, но такое соседство всегда настораживает. Тем более в шестидесяти километрах от Бакли действительно есть размытая Граница, на которой постоянно происходят нехорошие вещи в виде прорывов Тварей группами и поодиночке.
Естественно, ни один нормальный человек рядом с непонятным местом жить не будет. Так что Бакла полностью опустела. Вначале подземным городом серьёзно заинтересовались военные и учёные. Только кроме старых, едва видневшихся на стенах пентаграмм, ничего интересного обнаружить не удалось. Поэтому все быстро забыли о находке, оставив на всякий случай небольшой гарнизон. Теперь это место используется больше как место тренировки студентов Академии. И то только младших курсов.
Но я помню слова химеры Мамуевой, что тут был совершён неудачный прорыв в нашу реальность. И также никогда не забываю, что Существа не отступают, даже если миссия кажется невыполнимой. Поэтому внимательно читаю каждое слово в книге и запоминаю во всех деталях схему подземного города тварей. И пусть место считается почти безопасным, но оно ещё способно преподнести неприятные сюрпризы. Да и всякого рода мелкие Существа не раз оказывались в катакомбах, не пойми откуда в них взявшись.
Ближе к вечеру, отложив почти дочитанную книгу в сторону, решил поужинать. Девочки на этот раз совсем не возражали, что я занял столик. Не стал разочаровывать их и разморозил пару колец замечательной домашней колбасы, дополнительно выставив к ней последние оставшиеся в закромах пирожки и полтора литра лёгкого винца. Естественно, никто не отказался от трапезы.
Когда сытые и с лёгким хмельком в голове, мы закончили совместный ужин, Людмила неожиданно покраснела и произнесла.
— Мы тут жрём, а ребята голодные. Нехорошо. Родион, может, с ними тоже поделишься? А то как-то не по-людски получается?
— Не поделюсь, — обломал я её ожидания. — Во-первых, на всех не хватит.
— Но у тебя же огромные сумки едой забиты! Или скажешь, что просто так их из Петербурга тащил? Ради спортивного интереса?
— А с чего ты взяла, что там еда? Ещё совсем недавно ты утверждала, что у меня в баулах склад подгузников.
— Извини, Родион. Признаю, что была неправа и несдержанна в словах. Но что ещё ты в таком количестве можешь вести с собой?
— Оружие, боеприпасы, — честно признался я.
Как и ожидалось, никто мне не поверил.
— Не хочешь говорить, ну и не надо, — скривилась Ксения Сурина. — А что у тебя «во-вторых»?
— Вам же ясно было сказано, что нужно взять с собой сухой паёк на два дня.
— Это неприкосновенный запас на случай непредвиденных обстоятельств. А мы ещё даже до места практики не доехали, поэтому…
— Поэтому вы не считаете мерзкую жрачку в вагоне-ресторане непредвиденным обстоятельством, — перебил я. — И раз не воспользовались запасами, значит, не так и голодны. С чего это я должен подкармливать оболтусов, которым о себе позаботится лень? Они мне никто. И неужели вы думаете, что опытный в путешествиях профессор не представлял тех трудностей, с которыми мы столкнёмся в дороге?
— Ну… — неуверенно протянула Алиса. — По идее, должен был.
