Время было уже позднее. Князь обменялся с ближниками несколькими ничего не значащими фразами, опорожнил кубок с вином и кивком головы призвал телохранителей следовать за собой. Ни среди ближних бояр, ни среди мечников, находящихся сейчас в детинце князя Тугомира Говолянского, язычников не было. Во всяком случае, не было тех, кто жертвовал бы идолам открыто, но о том, что творится в их душах, Тугомир мог только догадываться. Да, он воздвиг в самом центре Бранибора христианский храм, он впустил в город служителей истинного Бога и выгнал волхвов, но этого было слишком мало, чтобы спокойно спать в своей ложнице по ночам. Впрочем, князь и днем не чувствовал себя полным хозяином родного города. И, проезжая по узким улочкам Бранибора, часто косился по сторонам. Говоляне не любили Тугомира, его власть держалась только на мечах баварского гарнизона, который он разместил в Браниборе по приказу маркграфа Геро. Однако в случае большой замятни баварцам вряд ли удастся усмирить говолян. А уж если поднимется все Полабье, то князю Тугомиру и его ближникам солоно придется. Надо полагать, аббат Гильдеберт не случайно упомянул Вихмана. И Тугомиру в нынешней ситуации следует держаться настороже. Пожалуй, следует послать боярина Анадрага к маркграфу Геро. Пусть пришлет хотя бы еще две-три тысячи королевских легионеров. В конце концов, Бранибор занимает ключевое место в Полабье, и если он попадет в руки мятежников, то сторонникам короля Оттона придется бежать из славянских земель.
Тугомира разбудил шум, доносившийся с первого яруса. Чуткое ухо князя уловило звон металла о металл, и он насторожился. Не хватало еще, чтобы его мечники передрались с гостями. Тугомир приподнялся на локте, чтобы позвать телохранителей, дежуривших в прихожей, но, бросив взгляд на кресло, стоящее у ложа, осекся. В кресле сидел человек. Тугомир видел в неясном лунном свете лишь очертания его тела, что, однако, не помешало опознать гостя.
- Что вы делаете в моей ложнице, сеньор Гильдеберт? – спросил князь треснувшим от напряжения голосом.
- Гильдеберт давно мертв, - спокойно произнес лже-аббат. – Ты тоже уйдешь из этого мира, князь. Круг Вия уже вынес тебе свой приговор, а навий хоровод рад будет принять нового собрата.
Рука Тугомира потянулась было к мечу, всегда лежавшему в изголовье, но уткнулась в пустоту. Силы покинули говолянского князя, и он со стоном откинулся на спину. Ужас сковал его члены. Все последние годы он ждал удара из-за угла, но, похоже, мстительные волхвы подготовили для него куда более страшную смерть.
- Поднимите его, - приказал лже-аббат двум лже-монахам, вынырнувшим из темноты. Сильные руки сорвали Тугомира с ложа и поставили его на ноги. Князь покачнулся, но лже-монахи не дали ему упасть. Тугомир сделал первый шаг по пути в вечность и в какой-то миг вдруг осознал, что эта вечность не сулит ему блаженства.
- Детинец уже в наших руках, Азар, - спокойно произнес за спиной князя незнакомый голос.
- В живых остался кто-нибудь? – спросил лже-аббат.
- Мы сохранили жизнь боярину Анадрагу, он поможет нам открыть городские ворота.
- Действуй, Троян, - сказал человек, которого назвали Азаром.
- Оборотень, - в ужасе прохрипел князь и сделал попытку обернуться.
- Да, - спокойно отозвался лже-аббат. – Ты угадал Тугомир. Но я стал оборотнем по воле волхвов и самого Вия и моя личина спадет, когда на то будет их воля. А твоя прирастет к тебе навечно.
