Нишай хмыкнул, скатал снежок и бросил в новенькую деревянную дверь приземистого каменного здания.
— Надо бы гулять ей побольше, — вздохнул он. — Шаманки говорят — двигаться надо. И огонь каждый день зажигать, чтобы силы для родов были.
— А вот и не надо, — не согласился Айнур. — Про огонь — не знаю, а гулять… вози-ка её подальше от крепости. Она знаешь у тебя почему блюёт?
— Почему? — Нишай нахмурился и положил ладонь на рукоять меча, быстро окинув взглядом заснеженный двор в поисках неведомой опасности.
— Да потому что все бабы блюют, что с нами в лагере были! И даже те, кто из леса, с охотниками пришёл!
— Да ну тебя, –растерялся колдун. — Не мог же Кай…
— Мог или не мог, — ухмыльнулся предводитель, — а думаешь, зря он сказал, мол, все дети — мои? Кто знает, под какой он личиной бродил по лагерю по ночам? А разве наши бабы носят так тяжело? Я точно тебе говорю — его это дети! Полукровки. Не мог же он так просто уйти, чтобы не оставить здесь тех, кто в новом мире город построит? Всё ж поменялось! Смотри — зима какая пришла? Уже весна по солнцу, а снег не тает. Волки с шаманами чего-то мутить будут, а я думаю — это всё древо. Хочет, чтобы мир полностью обновился. Все раны заштопал.
Нишай задумчиво пожевал губами:
— В легендах такое есть…
— А я что говорю?
— Ладно, — сдался Нишай. — Как проверить потом — я знаю. Дождёмся, пока выступят у детей на руках воинские знаки. И если там будет красный дракон…
— Шасти! — заорал Айнур, заметив мелькнувшую в окне тень. — Покажи личико, а то солнце сегодня никак не взойдёт?
Я различил знакомые очертания в окне второго этажа. Но стёкол в крепости ещё не знали, и окно было затянуто чем-то мутным, толком не разглядеть…
К моей радости, створки распахнулись и…
— Ну не упорствуй ты уже, витязь? — раздался хриплый голос, и вода в миске помутилась. — Поклонись князю?
Я поднял глаза.
С другой стороны решётки на меня смотрел здоровенный мужик в кольчуге и островерхом шлеме.
— Ну чего тебе стоит? — продолжал мужик. — Князь всю ночь не спал. Вызвал к себе звездочёта, они там решают, демон ты или нет. А кобель твой — передавил всех курей, пересигнул через стену и в лес удрал. А вдруг он и правда стаю волков соберёт и придёт тебя выручать? Ты уж поклонись, а? Это же обычай такой. Ну чего тебе стоит, витязь?
Нахмурившись — принесло же не вовремя — я махнул рукой: вали, мол, отсюда.
От руки полыхнуло светом, и воин попятился.
— А князю-то чего передать? — спросил он.
— Скажи, что сплю ещё! — велел я. — И чтобы до полудня — не беспокоили!
Дождавшись, пока воин уйдёт, я залез на нары и улыбаясь поставил рядом миску с водой.
