Гард медленно выдохнул и поднял взгляд прямо в лицо Ведуна. Он смотрел в старика, проникая всё глубже и глубже, занимая пространство мыслей, раздвигая его память и принципы. Гаппа поёжился, словно вдруг похолодало. Значит, Гард вошёл достаточно глубоко. Можно начинать.
– Ей нужно двигаться дальше, господин, – брякнул он наугад, не отрывая глаз от старика. Глубже, ещё глубже, где-то здесь должна быть зацепка... – Её время здесь подходит к концу. Дайте ей право уйти.
Гард ощутил, как тесно стало в голове у напрягшегося Ведуна. Возможно, он непроизвольно начал возводить стену, но было уже поздно: незваный гость прочно обосновался внутри, и почти нашёл, что искал.
– Никак нельзя, – неуверенно ответил старик. Он словно пытался понять, что происходит, но ответ не приходил. Гард не сдержал победной улыбки. Всё-таки этот Гаппа такой же, как остальные Ведуны, встретившиеся ему на пути: освоили несколько ментальных приёмов, но природы своих способностей не понимают.
– Отчего же? – Гард поднял брови, изображая наивность и недопонимание, и поманил правду на свет. Осторожно, словно любопытного телёнка, стараясь не спугнуть.
– Оттого, что... – Ведун запнулся. Несколько мгновений он не мог решиться, но продолжил: – Ей Ведуньей стать надобно. Давно на пути старого Гаппы не встречалось таких ребяток. Придёт время, она Верховной Ведуньей станет и подчинятся ей все Ведуны земли нашей, а им – и люд простой.
Гард чуть не присвистнул. Какие у этих Ведунов, оказывается, замашки! Если ведьмы под их началом, а жители деревень беспрекословно слушаются соседок в чёрном...
– Кая станет сильнее и сможет сделать больше, если сейчас отпустить её на волю, – осторожно подбирая слова, ответил Гард. А ментальным голосом он твердил совсем другое, стараясь задеть самое потаённое, даже сам старик слышал в себе эти нотки с трудом:
«Женщина у руля – плохая идея, её быстро свергнут. Сделай Ведуньей Каю – сила и амбиции её поглотят и тебя, и многих других, заставят вас бегать с поручениями и выполнять мелкие женские прихоти. Женщинам не место на вершине мира. От неё лучше избавиться. Пусть идёт на все четыре стороны.»
– А ты права, милая, – проскрипел старик и поморщился. – Пусть идёт, коли люди пустят. Людей убедить не так легко, как старого Гаппу.
Гард удовлетворённо выдохнул. Эти люди – как дети, никакой защиты, на всё ведутся. Да, если гладиры решат людей извести, им нужно просто незаметно среди них раствориться и воздействовать изнутри. Те сами себя погубят, даже не догадавшись, что произошло.
– Подпишите эту бумагу, пожалуйста. – Гард протянул старику сложенный вдвое лист, потом вытащил из сумки баночку чернил и перо. Ведун вздохнул, покачал головой, словно всё ещё был не до конца уверен в своём решении, и оставил неразборчивую каракулю под «бумагой вольности ведьмы».
– Если однажды, – продолжил он тихим, но грозным, как далёкий раскат грома, голосом, – решит Кая ведьмой вернуться, пусть думает дважды. Гаппа стар, но кто-то займёт его место. И этот кто-то не будет так её любить, как Гаппа.
Вниз к деревне Гард почти бежал от радости, которая переполняла его грудь. Он уже давно думал, что пора бы уходить отсюда, и путать следы как можно тщательнее, но ему так не хотелось снова бежать в одиночестве! Бесконечная дорога, деревушки на одно лицо, и толком не с кем даже поговорить. Да, заводить знакомства не безопасно. Но так уже всё это осточертело, будь что будет!
– Добрый вечер, госпожа Тама! – кивнул Гард проходящей мимо соседке. Он уже вошёл в деревню и прямиком двигался в сторону ведьминого дома.
– Здравствуй, милочка, – ответила ему Тама. – Небось домой идёшь? А у нас гости сегодня, четыре купца с большой дороги на отдых стали.
– И что везут? – Гард вежливо остановился, хотя внутри всё зудело от желания скорее отправиться в путь.
– Да я как-то и не знаю. Надо у Мучи спросить, на его телеге они приехали.
Он уже собирался попрощаться и броситься своей дорогой дальше, но вдруг ощутил бегущий по позвоночнику холодок. Увлечённый своими мыслями, он не заметил запаха воздействия, да настолько сильного, что передавался через посредника. Редкое явление, не каждый гладир обладает такой ментальностью. Сердце бешено застучало, мгновенно наполнив лицо кровью. На этот раз холодок, прокатившийся по телу, не был воздействием, это было предчувствие. Очень нехорошее предчувствие.
Он быстро вонзился в ум Тамы, бросил ей короткое: «Спешить! Надо спешить!» – и, не обращая внимание на соседку, бросился в сторону леса. Соседка тоже уже не замечала его. Он всплеснула руками, воскликнула: «Совсем забыла!» – и, схватившись за юбку, помчалась дальше по улице.
