Третья попытка открыть глаза оказалась более успешной. С трудом сфокусировавшись, я обнаружила над собой густую листву, сквозь которую едва ли пробивались редкие солнечные лучи. Мягкое старушечье лицо склонилось, чтобы снова утереть лоб прохладной водой, и я замерла от неожиданности.
– Бабушка?.. – только и удалось выдавить из себя.
– Тише, моя хорошая тише, – сказала она и хохотнула. – И ты тише, и я – Тише.
– Здравствуй, Кая, – над её плечом показалось лицо Хельга. Он улыбался радостно и облегчённо.
– Ничего не понимаю, – я приподнялась на локте, превозмогая боль под рёбрами. – Ты тоже умер?..
Нет, я не сошла с ума, но старушка была никем иным, как моей покойной бабулей! Только лицо чуть изменилось на гладирский манер, но в остальном – точно она! А учитывая, что она вполне могла быть одной из них, совершенно не удивилась ни заострённым ушам, ни выраженным скулам. Но ведь я сама, лично похоронила бабулю! Не могла же она восстать?
– Всё с нами в порядке, деточка, – ответила старушка. – И ты жива, и мы живы.
– Но как?! – я протянула руку, в неуверенности касаясь бабушкиной щеки. – Я ведь сама тебя похоронила вот уже четыре года скоро будет!
Хельг со старушкой переглянулись.
– Она, когда падала, головой не ударялась? – уточнила старушка, повернувшись к Хельгу. Тот с озадаченным видом помотал головой.
– Ты что-то путаешь, – Хельг встал на колени рядом с моей койкой. – Мы с тобой неподалёку от Сурового Леса, эта почтенная госпожа – Кая Тише, хранительница Поляны.
– Поляна... Гард что-то говорил про... Гард! – дыхание перехватило и, не замечая боли, я резко села. Одеяло упало на колени, открыв обнажённый торс. – Его схватили ищейки! Там, в лесу! Его надо спасти!
Но, стоило мне только попытаться встать с постели, как старушка с Хельгом дружно уложили меня обратно.
– Лежи, деточка, – проговорила бабуля. – Тебе нужен отдых.
– Какой отдых! Они же его в Пещеры сошлют! Или того хуже... Ох, Великое Солнце, он же предатель родины, его могут и к смерти приговорить. Да пустите же меня, надо Гарда срочно спасать.
Хельг прижал меня к кровати и покачал головой:
– Как ты его спасать собралась? Одна в незнакомой стране с клеймом рода, который Прокурор методично истребил ещё двадцать лет назад?
И тут я начала соображать. Медленно, но верно собирать воедино разрозненные куски реальности.
– Хельг? Ты-то что здесь делаешь?..
Он отвернулся и некоторое время смотрел в окно – овальный просвет в стене, которую формировали густые ветви незнакомого мне куста. Затем глубоко вдохнул и пояснил:
– Я здесь по поручению его величества. Должен разведать обстановку, выяснить, какие настроение внутри народа и готовы ли они восстать против действующей власти. В идеале бы даже поднять восстание или организовать гражданскую войну, но тут уже по ситуации.
– Ох, Глад Великий, – выдохнула старушка. – Это правда? Неужели нашлась таки управа на Доблестного? Давно пора! Да боятся его все...
– С поддержкой человеков может и решатся на сопротивление, – задумчиво добавил Хельг.
– Он всем нам кровь попортил. Даже не сомневайся, народной ненависти хватит, чтобы прекратить это безобразие.
– Ладно, – перебила я их. – С этим понятно. А со мной что случилось?
Хельг виновато потупил взгляд.
– Ты выскочила прямо на меня среди леса, я испугался и... шарахнул тебя вот этим, – он показал на один из кожаных браслетов, который очень походил на тот, что отдал мне Гард. – Поляна – ближайшее безопасное место, пришлось тащить тебя сюда.
Я поморщилась от боли и откинулась на подушку.
– А понежнее тащить не мог?
– У меня не было времени выдумывать что-то. У тебя на хвосте были ищейки, помнишь? И так пришлось единственный эликсир силы переводить.
– Следующий вопрос! – я подняла указательный палец, призывая их внимание к себе. – Почтенная госпожа, повторите, пожалуйста, ваше имя.
– Кая Тише, – с готовностью кивнула старушка. – Так ить меня тут все знают.
– А имя «Ника Тише» вам ни о чём не говорит? – выдавила я и застонала. Кишки будто в узел завязали.
Старушка приоткрыла рот, но тут же закрыла, только подбородок мелко дрогнул.
– Эм, можно я? – на этот раз указательный палец поднял Хельг. – Позвольте представить вас друг другу ещё раз. Госпожа Тише, знакомьтесь: Кая Веда, ваша правнучка. Госпожа Веда, прошу: Кая Тише, ваша прабабушка.
Я даже не нашлась, что ответить. То есть, конечно, догадалась ещё пару минут назад, но теперь, когда всё проговорено вслух, почему-то все правильные слова вылетели из головы. Оставалось только переводить взгляд с Хельга на старушку и обратно. Она же, в свою очередь, несколько мгновений смотрела на меня, после чего, не говоря ни слова, встала и вышла из зелёной комнаты, скрывшись за занавесками из желтовато-зелёных лиан.
Этот разговор длился, наверное, целую вечность. Опустилась глубокая ночь, а мы продолжали тихо беседовать. Хельг в диалог почти не вступал – он сидел в дальнем углу и, сняв с руки браслет, то и дело постукивал по нему указательным пальцем.
