С того момента все изменилось. Мы и раньше часто скандалили и много чего друг другу говорили, но потом как-то забывалось, утихало, после же этого кошмара наш брак медленно, но верно шел к своему логическому завершению. Честно, я тогда в ужасе прибывал, думая, а не сумасшедшая ли моя жена. Оставлять с ней ребенка было даже страшно, поэтому пришлось обратиться за помощью к матери, хотя беспокоить ее не хотелось, а более того посвящать в свои проблемы, но выбор у меня был не велик. Впрочем, мои родители на тот момент настолько очарованы были невесткой, что и помыслить не могли, что скрывается за смущенной улыбкой. Что-что, а роль примерной девочки Ленка умела играть блестяще. Я же не имел ни малейшего желания в чем-то кого бы то ни было переубеждать. В сочувствие и понимание не нуждался и не нуждаюсь. Я –одиночка, всегда им был и буду. Когда встретил Ленку, думал, что-то изменится, но я ошибся. Эта ошибка обошлась мне слишком дорого; дочь в связи с этим была лишена нормальной семьи, а как следствие детства, и мы с Ленкой растратили лучшие годы своей жизни на изнуряющую борьбу за что-то, что в общем-то и смысла не имело. Семь лет просто в никуда. После того вечера мы прожили еще пять лет. Спасибо Ленкиной неуемной фантазии и моей жалости или иными словами –кретинизму. Какие она разыгрывала спектакли передо мной, кто бы видел. Финт со второй беременностью-сущая ерунда, а я велся. Хотя, наверное, просто не было времени и сил разбираться, да и виделись мы редко, я практически все время жил в Москве и раз в месяц навещал дочь. Дело, предложенное Диманом, стало пропуском в мир больших денег, и этот мир полностью поглотил. Признаюсь, в семье я потерпел неудачу и как муж, и как родитель, не уделяя своему ребенку должное внимание. Сейчас понимаю отчетливо, никакие деньги не станут оправданием мне, но к сожалению, тогда –тринадцать лет назад, почему-то казалось, что важнее материальное благополучие ребенка, чем папа рядом.
-Пап, ты на меня злишься из-за мамы? –осторожно спрашивает Леська, вновь возвращая меня в реальность.
Перевожу на нее взгляд и вижу смущенное личико.
-Не выдумывай Лисенок, просто много работы.
-Хорошо, а то я уже подумала, что ты грузишься из-за приезда мамы. Если честно, ничего я ей не предлагала. Она сама…ну, знаешь же ее, - призналась дочь, тяжело вздохнув. Я усмехнулся, ничуть не удивившись. Ленка в своем репертуаре.
- По-моему, это ты у нас «грузишься». Все нормально, я слишком хорошо знаю твою маму, так что не переживай. –улыбнулся и потрепал ее по волосам, что тут же вызвало у Олеськи негодование.
-Па-ап, прическа.
Только сейчас замечаю стильную укладку, неброский макияж, маникюр и обалдеваю . По мере осмотра мои брови ползут вверх. Изумленно отмечаю, что дочь и волосы покрасила, точнее некоторые пряди сделала чуть светлее основного цвета. Леська же невозмутимо продолжает жевать, поглядывая то на меня, то в телефон.
Нет, она всегда у меня была стильной девчонкой, я ей ни в чем не отказывал и ее гардеробная тому свидетель. Но только сейчас вдруг обратил внимание, что моя девочка превращается в девушку и это вызывает странное чувство. Смотрю на нее, торопливо строчащую кому-то сообщение с загадочной улыбкой на губах , и чувствую раздражение. Эти ее мелькающие ногти с французским маникюром для меня , словно красная тряпка для быка.
-Олеся! – резко обращаюсь к ней, она вздрагивает , поднимает голову и встретившись с моим недовольным взглядом, осторожно кладет телефон на стол.
-Да, папуль?
-А сегодня что, какие-то выступления или праздник? –спрашиваю нарочито недоуменным голосом, при этом пристально смотрю на дочь строгим взглядом, Леська нахмурилась и помедлив, ответила:
-Нет, иначе я бы не смогла встретить маму.
-Мм..- протянул я, делая глоток уже остывшего кофе. Дочь тяжело вздыхает и начинает ерзать на стуле, в ожидание пояснений. Отставляю чашку и оглашаю причину своего недовольства. – Тогда я что-то не пойму, почему ты накрашена?
-Пап, мне уже почти пятнадцать, это смешно! –закатывает она глаза и активно принимается за свой завтрак, только бы не смотреть на меня.
-Анна Петровна, приготовьте, пожалуйста, еще кофе, этот остыл.- обращаюсь к подошедшей управляющей. Хотя эта женщина уже больше, чем обслуживающий персонал. За шесть лет ее работы у меня к ней не было ни одной претензии . Замечательный человек, хозяйка и работник.. С ней вообще никаких забот относительно домашнего хозяйства, да и взаимоотношения у нас сложились достаточно теплые, но без фамильярности.
-Конечно, Олег Александрович. –кивает она с улыбкой и уходит. Я же полностью концентрируюсь на дочери.
- Леся, мне твое « почти пятнадцать» ни о чем не говорит! Как найдешь более убедительный аргумент, тогда поговорим, а пока будь добра больше, чтобы я этого не видел.
-О, ну, это легко. Тебя же практически дома не бывает. –съязвила она, демонстративно отодвигая чашку. Крыть мне, конечно, нечем, но подобные выходки не потерплю.
