– После завтрака? – майор Бараш с сомнением взглянул на Дану. – Не самое подходящее время для игры в теннис.
– Игры как таковой не было, – поспешил пояснить боцман. – Просто наш тренер показывал синьору Джованни технику нескольких ударов.
– А где были вы, боцман?
Арчер Перриш собрал бумаги.
– Я готов рассказать вам о каждом своем движении этим утром. В девять утра я завтракал со всей командой. В нашей столовой, в трюме. Завтрак закончился около десяти. После этого мы с Логаном Давенпортом проверили состояние комингсов[33] на всех люках нижней палубы. Об этом меня просил помощник Жервиль. Он обнаружил воду в машинном отделении и просил определить, откуда она проникает. Примерно без четверти двенадцать я пошел на склад запасных частей. Перед отплытием на Крит мы получили заказанные детали для двигателя. Это несколько коробок. Я не успел их разобрать перед походом. Было много дел по подготовке к плаванию. И коробки просто лежали на складе. Я решил их разобрать. Туда мне и позвонил Оливер Жервиль, чтобы передать приказ капитана собрать команду в библиотеке, после того как господин Орлов исчез.
Боцман сложил бумаги и отправил их во внутренний карман кителя.
– Благодарю вас, – кивнул майор Бараш. – Хотите что-нибудь добавить?
– Только то, сэр, что все члены нашей команды проверенные люди, на которых всегда можно положиться. Мы работаем вместе пять лет. И никогда между нами не возникало трений или проблем. И никаких трений между членами команды и господином Орловым. Никогда. Ни от кого из членов команды я не слышал ни одного плохого слова о владельце «Марии».
Майор Бараш улыбнулся горячности, с которой боцман произнес эти слова.
– Я в этом не сомневаюсь, – сказал он. – Благодарю вас, боцман. Вы можете быть свободны.
Боцман поднялся во весь свой огромный рост, четко развернулся и пошел к выходу. У самой двери он остановился и взглянул на часы.
– Половина восьмого, – констатировал он. – В восемь у нас ужин. Будьте, пожалуйста, в столовой без опоздания.
– Конечно, боцман. – Полковник церемонно поклонился. – Благодарю вас. Мы будем без опоздания.
Майор Бараш молча проследил, как за боцманом Перришем закрылась дверь, и повернулся к Дане.
– Алиби есть только у тренера, который играл в теннис с синьором Джованни, у капитана и у Логана Давенпорта, – сказал он, сокрушенно качая головой. – Помощник капитана был в своей каюте, боцман – на складе, доктор – в медпункте, Рада Тодорова – в кухне, а ее супруг именно в это время вышел из библиотеки.
– Похоже, что так, – согласилась Дана. – Теперь нам надо выяснить, где были в это время пассажиры.
– Мы можем попробовать сделать это во время ужина, – предложил майор.
– Боюсь, наш строгий капитан сочтет это нарушением правил, – улыбнулась Дана и озорно кивнула майору. – Впрочем, попробуем.
Ужин начался в тяжелом молчании. Мария и Леонид Славины и Лукреция Колонна в кают-компании не появились, и капитан распорядился отнести им ужин в каюты. Не было и Илана Азулая. Одиноко сидящая за столиком Рахель сообщила, что муж плохо себя чувствует и решил отказаться от ужина.
– Я могу распорядиться, и ужин отнесут ему в каюту, – предложил Колдер Рид.
– Спасибо, капитан, – отказалась Рахель. – Илан сказал, что не голоден, и просил его не беспокоить. – Она подняла глаза на капитана и добавила: – У него бывают приступы мигрени, когда ему лучше всего полежать в темноте.
Майора Бараша капитан пригласил за свой стол, а Дана села с мамой и отцом, пользуясь тем, что за их столом образовалось сразу два свободных места.
Рада Тодорова разнесла по столам гуляш, но он не вызвал никаких эмоций у пассажиров. Казалось, все настолько подавлены смертью владельца яхты, что перестали ощущать вкусы и начисто лишились эмоций.
– Как идет расследование? – шепотом спросила Вера Борисовна, словно боясь, что ее услышат за соседними столами.
– Пока никак. – Дана пожала плечами. – Полиция только начала. Еще нет никаких данных экспертиз.
– Дана, – строго сказал Генрих Шварц, – я хочу тебе рассказать о том, что я видел.
Дана удивленно взглянула на отца.
– Ты имеешь в виду конфликт между Мишей и Иланом Азулаем? Я знаю о нем. Мама рассказала.
Генрих доверительно положил ладонь на руку дочери.
– Я не об этом. Я видел еще кое-что. Конечно, это мелочь и может оказаться полной ерундой. Потому я не хочу посвящать в это полицию, но… – Он замялся. – Тебе я хочу рассказать.
Дана взглянула на отца. Это вполне в его духе – подмечать любые мелочи. Правда, выводы из увиденного он далеко не всегда делает правильные. Дана погладила отца по руке и кивнула:
– Конечно. Рассказывай.
– Когда Миша пропал и его уже начали искать, – начал Генрих, – мы ничего не знали. Вера с Машей сидели в шезлонгах на нижней палубе. А мы с Леней Славиным гуляли и беседовали.
Дана кивнула, дескать, я об этом знаю.
– Потом мы решили сыграть в шахматы, и я пошел в свою каюту за доской. Когда я подошел к каюте и уже открыл дверь, сверху, со средней палубы, что-то упало. Это «что-то» пролетело мимо меня и плюхнулось в воду.
– Что упало? – не поняла Дана. – Тело?
