– Я понимаю, господин майор, и более вас не задерживаю.
Майор сделал шаг к двери, но Дана не поднялась с места.
– Простите, ваше сиятельство. – Дана смотрела на княгиню с легкой вежливой улыбкой. – Я могу именно так называть вас?
Княгиня нахмурилась, но по выражению ее глаз и улыбке, тронувшей губы, было понятно, что такое обращение ей понравилось.
– Вы можете называть меня Эмилия, милочка, – строго сказала она. – Но если вы хотите соблюсти все требования этикета, то по отношению ко мне предусмотрено обращение «ваша светлость».
– Спасибо, Эмилия, – все с той же невинной улыбкой продолжила Дана. – Вы позволите задать вам вопрос? – Она взглянула на мрачного майора, остановившегося у двери, и добавила: – Чтобы после не затруднять вас новой беседой.
– Вопрос? – княгиня величественно кивнула Дане. – Конечно, милочка. Задавайте ваш вопрос.
– Вы ведь не хотели брака вашей внучки с господином Орловым, не так ли?
Майор напрягся и даже втянул голову в плечи, словно ожидая взрыва возмущения со стороны княгини. Но Эмилия Колонна только смерила Дану грозным взглядом.
– Откуда у вас такие сведения? – спросила она все тем же спокойным и размеренным тоном. – Неужели кто-то из слуг в поместье начал болтать в присутствии гостей?
– Ну что вы, ваша светлость. – Дана замахала руками. – Я не собираю слухи. Кроме того, меня не было вчера ни в вашем поместье, ни на яхте. Я опираюсь исключительно на собственные ощущения и впечатления. Мне показалось, что при упоминании фамилии Орлов вы хмуритесь и даже качаете головой.
Княгиня несколько мгновений молчала, словно взвешивая, стоит ли откровенничать с этой дамой, в статусе которой на яхте она так и не разобралась. «Сейчас она скажет: «Ваши ощущения вас обманули, милочка», – подумала Дана. Но княжеское достоинство не позволило Эмилии Колонне лгать даже в такой ситуации.
– Вы наблюдательны, моя милая, – сказала она, упрямо наклонив голову и всем своим видом показывая, что опасаться ей нечего и она скажет правду в любом случае. – Я действительно не одобряла брак Лукреции с господином Орловым. Я считала, что для потомка фамилии Колонна должна найтись более подходящая партия, нежели внезапно разбогатевший человек другой веры. Я сообщила свое мнение родителям Лукреции, но они отнеслись к моим словам крайне прохладно. Когда же Лукреция сообщила, что собирается перейти в иудаизм и отказаться от веры наших отцов и дедов, я сочла нужным поговорить и с ней. Но, как мне кажется, я ее не переубедила.
Дана бросила короткий взгляд на Джованни Колонну. Во время монолога бабушки он явно нервничал, кусал губы и качал головой, словно говоря: «Ну зачем? Зачем это все нужно знать посторонним людям?»
– Что ж, спасибо. – Дана улыбнулась княгине и подняла виноватый взгляд на майора. – Простите, господин майор, за задержку.
Майор Бараш величественно кивнул.
– Еще раз спасибо вам, княгиня, за сведения, которые вы нам сообщили.
Оказавшись на палубе, майор резко развернулся.
– Куда вы, майор? – спросила Дана.
– Как куда? – Майор остановился. – Естественно, в каюту супругов Азулай. Это здесь же, на средней палубе. Только по другому борту.
– Позвольте дать вам совет, майор.
– Совет? – Майор поднял на Дану удивленный взгляд.
– Да, – кивнула Дана. – Адвокатский совет.
– Слушаю вас.
– Пригласите с собой в каюту супругов Азулай капитана Рида.
– Зачем?
– Вы хотите войти в каюту, возможно, обыскать ее и задержать господина Азулая и его супругу. Но ордера у вас нет. Ни на обыск, ни на задержание. В суде его адвокат может воспользоваться этим обстоятельством. В принципе, господин Азулай имеет право вообще не впускать вас в свою каюту. Но мы на территории яхты. Официальным главой этой территории является капитан Рид. Будет лучше, если он предложит господину Азулаю впустить нас в каюту.
Майор помедлил и кивнул:
– Вы правы. Спасибо за совет, госпожа адвокат.
