К счастью, мне никто не встретился по пути. Замок погрузился в глубокий сон, и бунт в свиточной никого не разбудил.
Я забежала в свою комнату, подперла дверь креслом и достала свиток. Сейчас он выглядел как самый обычный пергамент и не подавал никаких признаков жизни. Меня это немного встревожило. А вдруг свитки оживают только в стенах свиточной? Забравшись на кровать, я погладила по шершавой бумаге и прошептала:
– Эй, Леор! Ты меня слышишь?
Секунду стояла тишина, а затем свиток встрепенулся и громко чихнул, обдав меня клубами пыли.
– Слышу-слышу, – услышала я звонкий голос Леора, – а куда ты меня принесла?
– В свою комнату, – шепотом ответила я, – и не мог бы ты говорить тише, пожалуйста. Уже все спят, и тебя никто не должен услышать.
– Хорошо, – понизил Леор голос, – правда, это непривычно. Итак, на чем мы остановились?
– Сидхи, – прошептала я, – и ритуал сожжения.
Леор взвился в воздух, откашлялся. Послышался шелест и тихое бормотание. Наконец, после недолгих поисков, Леор заговорил:
– Сидхи или, как говорят люди, эльфы, обладают огромными силами. Многие свои дары и обычаи они держат в глубокой тайне и бережно охраняют. Любого, кто попытается выведать их секреты, ждет суровое наказание. В истории сидхи было несколько случаев, когда сами эльфы делились секретами с чужаками. Они были покараны за это – их силу сожгли.
– А потом изгнали? – уточнила я.
– Нет, – ответил Леор, – они и дальше жили в эльфийской стране, работая на других эльфов. Изгоняют из эльфийской страны редко и только за самые страшные преступления. Сидхи верят, что тот, у кого сжигают силы и изгоняют из страны, долго не живет. Это равносильно смертной казни. Эльфы умирают от тоски и слабости.
– Что же должен совершить эльф, чтобы его изгнали? – спросила я.
– Предательство. Измена. Или убийство другого эльфа. Поэтому все сидхи верны королю и королеве. Вообще, такое случалось очень редко, эльфы – очень сплоченный народ. Расскажу тебе один случай. Однажды некий молодой эльф, было ему на тот момент лет двести, решил, что королю пора на покой. Этот юный сидхи возомнил, что он сильнее, мудрее и могущественнее короля. Он решил собрать союзников среди людей и великанов и свергнуть правителя. О его планах вскоре стало известно и королю. После чего эльфа схватили, быстро провели ритуал сожжения и изгнали из страны. Через какое-то время он умер – не выдержал разочарования.
Ох, какие все-таки эльфы чувствительные.
– А почему эльфы не казнили этого предателя? – спросила я, – он ведь мог запросто устроить новый заговор.
– Сидхи верят, что жизнь любого эльфа священна. Убить сородича – страшный грех. Поэтому и проводят такой ритуал. Для сидхи это намного страшнее смерти.
– А разве эльфы не могут жить годами среди людей?
– Могут, конечно, – ответил Леор. – Если у них есть силы и возможность иногда бывать в своей стране.
Я призадумалась. Выходит, не так уж и проста была Линетта. Она либо предала короля, либо убила другого эльфа. Да уж… По крайней мере, теперь мне был понятен гнев того ушастого лорда, что забрал мой амулет. Но отчего плакала та служанка? Может, она не могла поверить, что Линетта способна на такие ужасные поступки? А, может, Линетта ничего такого и не совершала? Может, ее подставили? Теперь мне еще сильнее захотелось попасть в ее прошлое.
– Леор, – сказала я через некоторое время, – а тебе известно что-нибудь о лорде Данвере?
Только я произнесла это имя, как в дверь тут же настойчиво постучали. И кого принесло в такой час? Через несколько секунд стук затих, а дверная ручка зашевелилась.
Кто-то пытался проникнуть в мою комнату! И, конечно, замка у меня не было. Все, что защищало меня от неизвестного гостя – небольшое кресло. Я быстро свернула свиток и спрятала его под подушку. Расправила постель и легла, укрывшись одеялом.
Дверь несколько раз подергали. Кресло с грохотом рухнуло, и в комнату вошел, конечно же, он. Его Мрачность и Ужасность, лорд Данвер собственной персоной. Я тут же закрыла глаза и притворилась спящей. Эх, лишь бы свиток сейчас не начал говорить.
Я слышала, как лорд прошелся по комнате и приблизился к моей кровати.
– Не стоит притворяться спящей, – произнес он ледяным голосом. – Я слышал твой голос. С кем ты разговаривала?
Я пошевелилась и открыла глаза.
– А, лорд Данвер! – прощебетала я, потирая глаза и потягиваясь, – что вы здесь делаете? Который час?
– С кем ты разговаривала? – требовательно повторил он.
– Я? О, я иногда говорю во сне. – Я улыбнулась и демонстративно зевнула.
Данвер с подозрительностью посмотрел на меня. Прошелся по комнате, тщательно все осматривая. Выглянул в окно и заглянул под кровать. Ну и параноик!
– Что вы ищете под кроватью, лорд Данвер? Пыль? Так я ее уже давно вытерла. Кстати, я бы рекомендовала вам задуматься о ваших слугах. Порядок они поддерживают не очень.
Лорд вылез из-под кровати, красный и недовольный. На взъерошенных волосах прилипла паутинка.
– Я бы рекомендовал тебе, – отчетливо сказал он, повышая голос, – не лезть не в свое дело! Или ты забыла, что я знаю, кто ты на самом деле? Никогда не забывай о моей доброте!
