- Да это геологи так обозвали обрыв один, здесь недалеко за лесом. Обрыв высокий, а под ним наш вековечный лес. Геологи заезжие давно еще говорили, какие-то слои земной коры на поверхность там выходят, слои эти обычно от нас спрятанные должны быть, а тут, говорят, или разлом был какой всего несколько тысяч лет назад, или море какое-то древнее, говорили, надо бы изучить, да некогда, другие, мол, задачи перед нами стоят.
- А нам-то что от слоев этих, какая разница, где они есть?
- Да разницы-то в общем никакой, только там компасы крутятся как полоумные, да часы или отстают или вперед идут, геологи говорили, временные аномалии, что ли, там делаются, я уж и не помню.
Я как-то поднапрягся.
- А не вредно это, - говорю, - для здоровья-то?
Дед заулыбался:
- Да нет, - говорит, - даже полезно, я как прихворну, так туда хожу, побуду там с денек и вроде как помолодею на несколько годков. Интересно там, видения иногда странные в небе бывают, если долго сидеть и присматриваться.
Я, конечно, деду ничего не сказал, потому как человек в таком возрасте, ясно, что из ума выжил, что уже ему говорить.
Пойду, думаю, подремлю лучше в тенечке.
Видно, пчелиное жужжание меня усыпило. Снится мне сон: вроде я захожу в церковь, а там венчание идет. Я вроде ближе подхожу, любопытно мне стало, кто же это свадьбу играет? А в церкви вроде как полумрак, свечи горят, люди вроде есть, только в темноте лиц не видно. Перед священником пара стоит, он им читает что-то монотонно так, это пчелиное жужжание мне так приснилось. Я все ближе подхожу и со спины вроде Белого узнаю, приглядываюсь, а рядом с ним не Маринка стоит, а телочка такая высоконькая, Белому до плеча достает, талия там все дела, шлейф на полцеркви лежит, осанка горделивая. Что-то знакомая мне эта осанка, думаю, давай ближе подгребать, и вроде слышу, священник нараспев выводит: «Венчается раб Божий Владислав рабу божьему Александру». И я как во сне сам себе думаю, что за ерунда мне слышится? Это пчелы проклятущие так жужжат. Подхожу ближе, приглядываюсь, и вижу, под фатой кудри знакомые по спине у невесты вьются. Мне аж во сне нехорошо сделалось. Я за спиной у них стоял чуть со стороны. И дальше вроде молитвы читает кто. Влад-то меня не видел, а Сашка вроде услышал что и поворачивается ко мне. Веришь? Я его таким красивым не видел никогда в жизни-то, серьезный такой, и в упор на меня посмотрел. Я от этого взгляда аж подскочил. Слышу, дед мне от уликов кричит: «Не маши руками-то. А то пчелы сейчас поналетят! Они суету не любят!» Мать твою ети! Я с психу вскочил и поперся на речку, что под пригорком у пасеки текла. Вода теплая, чистая, в ней рыбех видно было, как они стайками там метались. Долго я в той речке просидел. «Охладиться, - думаю , - надо, а то от такой жары всякая фигня мерещится». Ну ничего, речку пару раз туда -обратно переплыл, полегчало, пожалел, что удочку с собой не взял, рыбы там много было.
Я уже всех пчел по именам знал. Солнце уже к закату, а эти черти только из лесу появились. Влад потом уже рассказывал про обрыв, они с Сашкой и туда дотащились. Под обрывом лес далеко внизу, как будто море, или как самый край мира. Они, говорил, долго там стояли, смотрели на этот лес бесконечный, пробовали высмотреть что-нибудь вдалеке, но не вышло, только волны перед ними зеленые и колыхались. Что они еще на том обрыве делали, он мне не рассказывал, только пацан шел как пьяный и по дороге к машине свалился, кое-как встал, заполз в нее и тут же вырубился. По ходу, Влад Сашку на себе волок, а перед пасекой на ноги поставил.
Лесник еще сказал:
- Вот молодежь слабая пошла, уморился на свежем воздухе-то.
- Да, - Влад говорит, краюшку задумчиво жуя, - и правда, на свежем воздухе оно самое ничего.
Думаю, Сашка долго еще при Белом мед не жрал.
Я у Белого потом спросил, какого хрена вы там весь день просидели. Влад еще удивился сильно: «Какой, - говорит, - день, пару часов всего», ну некогда было особенно разбираться, фиг с ним, было и было.
Дед нас провожал, гнал, типа, приезжайте еще, все дела, мы тоже подосвиданькались, я к машине, слышу, дед тихо так говорит: «А ты не переживай сильно-то, сегодняшние сны не все сбываются». Меня как током дернуло, оглянулся я на деда, а у него глаза как у парня молодого, просто что ради прикола себе бороду нацепил. Я башкой помотал, поморгал, глядь опять, да ну, дед как дед. Сплюнул я потихоньку, давай в машину лезть и ходу с этой чертовой пасеки, будь она неладна.
Сашка так за всю дорогу и не проснулся. Белый какой-то задумчивый был. Да мне и не до разговоров было по тамошним буеракам пробираться.
19.
Маринке по осени приснилось в Вязниково наведаться с детьми, видно чуяла что-то. «Пусть, мол, свежим воздухом подышат, а то наш папа что-то совсем нас забыл». Папа от радости не сказать, чтобы до потолка прыгал, но детей был рад увидеть. Сын у них был и дочка младшенькая.
