Не имею представления, прочтете Вы когда-нибудь эти строки или Ваш секретарь отправит их вместе с неважной корреспонденцией в корзину. Но я не могу не написать их, поскольку моя совесть требует этого, даже если им не суждено попасться Вам на глаза. С того момента, как вдова моего покойного брата отправила Вам те незаслуженные и безосновательные обвинения по поводу продажи Backus Oil Company, к которой мне довелось быть немного причастным, я собирался написать Вам и выразить совсем иной взгляд на эту сделку. В то время, когда Вы прибыли в дом г-жи Баккус по ее вызову для личных переговоров, я находился там для того, чтобы, по ее желанию, принять в них участие. Уточню, что я сразу выступал за продажу.
Я присутствовал во время губительных переговоров вдовы моего брата с г. Розе и г. Малоней. Я стремился не дать г. Розе возбудить враждебность по отношению к Вам в г-же Баккус. Я знаю, что она очень рассудительна в отношении финансов, но не осознает и не желает принимать чьи-то доводы о том, что в коммерческом отношении самым выгодным будет продать ее долю в Backus Oil Company. Г-жа Баккус не принимает во внимание, что еще пять лет в среде нарастающей конкуренции в этой отрасли вызвали бы крах Backus Oil Company, привели бы к разорению, а долги по земельному участку на Евклид-авеню выжали бы из нее последние деньги. Не желает она признавать и того, что все, что удалось сохранить из ее нефтяного бизнеса, сохранено лишь благодаря усилиям Джона Д. Рокфеллера.
Вдова моего брата возомнила, что лишилась миллионов, и ежедневно внушает эту мысль моим племянникам, думаю, что это даже приняло у нее форму некой мании. К любым доводам рассудка она остается глуха, от кого бы они ни исходили. В целом эта женщина вполне разумна, но в данном вопросе необыкновенно непреклонна. Полагаю, что, если бы Вы предложили ей по-прежнему выплачивать дивиденды, я бы выступил против продажи. Но об этом даже речи идти не могло – Вы же добавили десять тысяч долларов сверх и так завышенной цены. Мне известно, что она втрое превышала реальную стоимость Backus Oil Company. Я понимаю, что только продажа дела стала спасением компании от разорения. Это письмо – попытка снять груз с моей совести.
После подписания купчей я повел себя крайне неразумно – поехал в Буффало испытать судьбу, но быстро потерял все и вернулся посрамленным. Затем я отправился в Делет, где мне сначала удалось заработать, но потом я снова остался без гроша из-за «земельной горячки». За все это время я неоднократно разорялся и поднимался, но старался принимать горькую микстуру опыта и с оптимизмом смотреть в завтрашний день, а не сетовать на то, что во всех моих бедах виноват Джон Д. Рокфеллер.
Скорее всего, это письмо не вышло бы из-под моего пера после стольких злоключений, если бы не состоявшаяся на днях беседа с г. Ганафином, директором трубопроводного общества. В разговоре мы ненароком коснулись продажи Backus Oil Company, тогда у меня и родилась идея собраться с силами и сесть за это письмо. Я захотел рассказать Вам как беспристрастный свидетель о событиях, которые происходили в моем присутствии. Теперь, глядя на эти строки, я ощущаю, как тяжкий груз упал с моих плеч.
