Драконовские меры заложили базу для новой колонизации Балкан. Вопрос, нужен ли развал Югославии, первоначально был предметом дискуссии между западными державами, в частности Германией, бывшей инициатором раскола, и Соединенными Штатами, которые боялись открыть националистический «ящик Пандоры» и поначалу приводили доводы в пользу сохранения Югославии. Следом за убедительной победой возглавлявшегося Туджманом правого Демократического содружества в Хорватии в мае 1990 года немецкий министр иностранных дел Ганс-Дитрих Геншер в результате почти ежедневных контактов со своим коллегой в Загребе дал «добро» на отделение Хорватии. Германия не была пассивным наблюдателем раскола Югославии; она «пришпорила международную дипломатию» и оказала давление на своих западных союзников с целью признания ими Словении и Хорватии. Германия развязала себе руки, «чтобы установить своё экономическое господство во всей Центральной Европе». Вашингтон, со своей стороны, выразил поддержку «единству на основе свободы посредством развития демократии… Госсекретарь Бейкер сказал Туджману и президенту Словении Милану Кучану, что Соединенные Штаты не будут поощрять или поддерживать односторонний раскол… но если они должны будут выйти [из состава Югославии], он убеждал их сделать это в соответствии с достигнутым в ходе переговоров соглашением». Вместо этого Словения, Хорватия, а следом и Босния ввязались в кровавые гражданские войны против «огузка» Югославии (Сербии и Черногории) и сербских националистов. Лишь тогда США запоздало активизировали свои дипломатические усилия в Боснии, укрепили свои отношения с Хорватией и Македонией и позиционировали себя как претендента на ведущую роль в определении экономического и политического будущего региона.
Теперь западные кредиторы обратили свои взоры к государствам — преемникам Югославии. Наряду с проблемой тяжёлого наследия Югославии экономические аспекты послевоенной реконструкции остаются в значительной степени неопределёнными, но перспективы восстановления молодых независимых республик кажутся мрачными. Внешний долг Югославии был тщательно распределён и «повешен» на республики-преемники, которые задыхаются теперь (каждая отдельно) в удавке долговых выплат и соглашений о реструктуризации долгов. Страны-доноры и международные агентства едины во мнении, что прошлые макроэкономические реформы, предпринятые по рекомендациям МВФ, не достигли в полной мере своей цели, и поэтому требуется дальнейшая «шоковая терапия» для восстановления «экономического здоровья» государств — преемников Югославии. Хорватия и Македония последовали указаниям МВФ. Они заключили соглашения о пакете займов для выплаты своих долей югославского долга — это потребует консолидации процесса, начатого ещё программой банкротства Анте Марковича. До боли знакомая картина закрытия заводов, принудительных банкротств банков и обнищания …всё быстро возвращается на круги своя. Международный же капитал аплодирует этому. Несмотря на острый кризис в сфере социального обеспечения и опустошение своей экономики, македонский министр финансов Любе Трпевский гордо сообщил прессе, что «Всемирный банк и МВФ относят Македонию к числу наиболее успешных стран в отношении текущих переходных реформ». Глава миссии Международного валютного фонда в Македонии Пол Томсен согласился с этим. Он признал, что «результаты программы стабилизации внушительны» и дал высокую оценку «эффективной политике заработной платы», принятой правительством Македонии. Однако его собеседники добавили, что будет необходимо сократить бюджет ещё больше…
Западное вмешательство оказалось самым серьезным посягательством на государственный суверенитет Боснии. Неоколониальная администрация, навязанная Дейтонскими соглашениями и поддерживаемая огневой мощью НАТО, гарантирует, что будущее Боснии будет определяться в Вашингтоне, Бонне, Брюсселе — но только не в Сараево.
