| "Oh, there 'e is!" cried the boy delightedly, evidently much relieved at this satisfactory solution of the mystery; "'e must ha' tumbled off the punt." | - О, вот он! - заорал в восторге мальчишка, видимо испытывая облегчение оттого, что загадка благополучно разрешилась, - он, должно быть, свалился с парома! |
| "You're quite right, my lad, that's just what he did do, and there's your fee for assisting him to do it." | - Ты совершенно прав, дружок, и вот тебе за то, что ты помог мне в этом! |
| Saying which, my dripping friend, who had now scrambled upon deck, leant over, and following Amenda's excellent example, expressed his feelings upon the boy's head. | И мой промокший до нитки друг, забравшись на палубу, тут же перегнулся за борт и, следуя превосходному примеру Аменды, излил свои чувства, надрав паромщику уши. |
| There was one comforting reflection about the transaction as a whole, and that was that the ferry-boy had at last received a fit and proper reward for his services. | Во всей этой истории нас утешало то обстоятельство, что мальчишка-паромщик получил наконец по заслугам. |
| I had often felt inclined to give him something myself. | Часто мне самому ужасно хотелось задать ему трепку. |
| I think he was, without exception, the most clumsy and stupid boy I have ever come across; and that is saying a good deal. | Мне кажется, что он, без преувеличения, был самым неуклюжим и тупым парнем, с каким мне когда-либо доводилось сталкиваться, а сказать так - значит сказать очень много. |
| His mother undertook that for three-and-sixpence a week he should "make himself generally useful" to us for a couple of hours every morning. | Как-то его мать предложила, чтобы он за три шиллинга и шесть пенсов в неделю каждое утро "помогал нам чем может". |
| Those were the old lady's very words, and I repeated them to Amenda when I introduced the boy to her. | Таковы были подлинные слова его матери, и я повторил их Аменде, знакомя ее с мальчишкой. |
| "This is James, Amenda," I said; "he will come down here every morning at seven, and bring us our milk and the letters, and from then till nine he will make himself generally useful." | "Это Джеймс, Аменда, - сказал я, - он будет приезжать ежедневно в семь часов утра и привозить молоко и письма, а потом до девяти часов он будет помогать нам чем может". |
| Amenda took stock of him. | Аменда оглядела его. |
| "It will be a change of occupation for him, sir, I should say, by the look of him," she remarked. | "Для него это будет непривычным занятием, сэр, судя по его виду", - заметила она. |
| After that, whenever some more than usually stirring crash or blood-curdling bump would cause us to leap from our seats and cry: | И с тех пор всякий раз, когда особо зловещий треск или грохот заставлял нас вскакивать с места и восклицать: |
| "What on earth has happened?" Amenda would reply: | "Что там произошло?" - Аменда неизменно отвечала: |
| "Oh, it's only James, mum, making himself generally useful." | "О мэм, это Джеймс помогает чем может". |
| Whatever he lifted he let fall; whatever he touched he upset; whatever he came near--that was not a fixture--he knocked over; if it was a fixture, it knocked _him_ over. This was not carelessness: it seemed to be a natural gift. | Он ронял все, что бы ни пытался поднять, опрокидывал все, к чему прикасался, сбрасывал все, к чему приближался и что не было прикреплено намертво, - а если оно было прикреплено намертво, падал сам: это был не результат небрежности с его стороны, а, по-видимому, врожденный недостаток. |
