Палаццо Строцци (1489–1539) строился по заказу Филиппо Строцци по проекту Джулиано да Сангалло по образцу дворца Медичи-Риккарди. Архитектор Строцци расчленил рустованный фасад здания горизонтальными карнизами, что придало монументальному объему некоторое изящество.
Возвеличивая отдельного человека и ставя во главу угла собственное творчество, художники и ученые предложили миру новую идею, которой раньше не было и появиться не могло. Это была идея невероятной, чрезвычайно высокой ценности человека, человеческого сознания, человеческой мысли. Если говорить по большому счету, то окажется, что Леонардо и Микеланджело, с нашей точки зрения, – чудовищно безнравственные люди. Но они и не хотели быть нравственными в нашем и даже в общехристианском понимании, потому что своей задачей видели сохранение своего «я», своего ви́дения и мышления. А каким способом этого достичь – их интересовало в самую последнюю очередь.
Не место и не время давать моральные оценки. Прошлое прошло, искусство осталось.
В изобразительном искусстве индивидуализация проявилась прежде всего в возникновении портретного жанра Ренессанса и последующих эпох.
Да, но откуда, почему индивидуализация вообще могла появиться? Ведь до Возрождения в культуре ни одного народа не существовало понятий, аналогичных понятиям «личность», «индивидуальность». Идеальным человеком, героем или мудрецом был тот, кто наиболее полно, всесторонне, с самоотдачей выражал то общее содержание, которое ощущал
В эпоху Возрождения сформировалось иное понимание человека: он оценивался по тому,
И еще по одной причине подождем осуждать «титанов». Исторически миропонимание человека как «меры всех вещей» (сравним с понятием меры в романике и готике) порождено чудовищным, непереносимым страхом, который распространился по Европе XIV века, когда все страны без исключения оказались под властью пандемии бубонной чумы. Она началась в 1338 году в районе озера Иссык-Куля, далее пошла по Центральной Азии и Золотой Орде, добралась до Крымского полуострова, Константинополя, Ближнего Востока, Александрии, Мессины, Катании, Генуи, Марселя, Венеции, Авиньона, Италии, Испании, прошла по южному и восточному Средиземноморью, дошла до Бордо, Парижа и Юго-западной Англии, свирепствовала во Франции, Шотландии и Ирландии, Скандинавии и России. Закончилась пандемия в 1352 г., унеся с собой жизни 60 миллионов человек (во многих странах от трети до половины населения). Если учесть, что в те времена людей на земле было значительно меньше, чем сейчас, то становится ясно – современникам казалось, что Европа обезлюдела.
Над городами, где начиналась эпидемия, вывешивали черный флаг в знак того, что путникам, чтобы избежать заражения, необходимо обходить это место стороной. Средневековая летопись рассказывает, как из одного такого города в конце эпидемии вышли двое жителей, закрывших за собой городские ворота – больше там живых не осталось.
Вызывает чуму чумная палочка, переносят ее блохи, которые кусают крыс, а ведь крысы были «компаньонами» человека Средневековья. Питательную среду для чумы составили резкое похолодание (XIV столетие даже называют «малым ледниковым периодом»), ослабление иммунитета и чудовищная антисанитария в городах. Отсутствие клоак, обычай выливать экскременты непосредственно на улицы, куда сливалась и кровь животных со скотобоен, способствовали распространению болезней. Чума не щадила никого – ни мирян, ни священников, ни монахов, ни богатых, ни бедных, ни детей, ни стариков. Разумеется, она особенно свирепствовала там, где скапливались толпы людей – а наибольшее количество собиралось на крупных религиозных праздниках. Один из римских Пап даже издал специальную буллу, в которой повелевал ангелам отправлять непосредственно в рай всех паломников, которые умрут от чумы во время празднества.
В подобных условиях жизненно важным становился вопрос: что вызвало Божий гнев и каким образом умилостивить Всевышнего, чтобы мор прекратился? Не понимая, что следует избегать очагов заражения, люди объясняли небесную кару порой самыми абсурдными причинами. Так, в 1348 году причину несчастья видели в новой моде на ботинки с длинными высоко загнутыми носами, которые якобы особенно возмутили Бога.
